Миграционные квоты кндр 2019

Оправдаются ли надежды казахстанских «гастарбайтеров»?

Казахстанские трудовые мигранты в Южной Корее – на заработках в этой стране находится около 10 тысяч казахстанцев — хотят, чтобы Нур-Султан помог им улучшить условия трудоустройства. Местный эксперт считает, что Казахстан не хочет признавать наличие гастарбайтеров.

Президент Южной Кореи Мун Чжэ Ин в начале этой недели находился в Казахстане с государственным визитом. Житель Караганды Айсултан Жакыпов во время этого визита на своей странице в Facebook ̓е выразил надежду, что Токаев на переговорах с южнокорейским коллегой поднимет вопрос о положении казахстанских мигрантов в Южной Корее. Репортер Азаттыка пообщался с Айсултаном Жакыповым и попытался выяснить, почему он считает актуальной тему казахстанских мигрантов в Корее.

«ПРАВИТЕЛЬСТВО ЗНАЕТ»

– Мои сверстники и мой учитель уехали в [Южную] Корею в поисках работы. Они хорошо зарабатывают и высылают деньги своим родственникам. Таких людей очень много. На коммерческих сайтах часто встречаются объявления, в которых обещают найти работу в Корее. Есть и мошенники. Тех, кто попадается на их уловки, депортируют из Кореи, – говорит он.

По словам Айсултана Жакыпова, граждане Казахстана могут находиться в Южной Корее без визы в течение месяца и многие пользуются возможностью и пополняют ряды незаконных мигрантов, оставаясь работать.

– Если бы президент Казахстана Касым-Жомарт Токаев поднял этот вопрос во время визита президента [Южной] Кореи и между двумя странами были достигнуты какие-либо договоренности, права наших граждан в Корее были бы защищены и им стало было легче найти работу в Корее, – считает он.

Жакыпов отмечает, что Южная Корея создает условия для возвращения этнических корейцев из Казахстана на историческую родину и их трудоустройства. Между тем у других этнических групп из Казахстана таких условий нет.

Работающий в Южной Корее Оразхан Нурмахан разделяет мнение Айсултана Жакыпова.

– Думаю, правительство Казахстана знает, что многие граждане Казахстана работают в [Южной] Корее. Было бы очень полезно, если бы во время визита президента Южной Кореи власти Казахстана подняли вопросы о защите прав трудовых мигрантов и поиске работы для тех, кто хочет работать в Корее, – говорит он.

«ПОСОЛ ДАВАЛ ИНТЕРВЬЮ»

Ранее Азаттык публиковал статью о работающем в Южной Корее Оразхане Нурмахане. В последние годы и в других местных СМИ часто пишут о росте числа трудовых мигрантов из Казахстана в Южной Корее. По данным главы пресс-службы министерства иностранных дел Айбека Смадиярова, количество нелегально работающих в Южной Корее казахстанских граждан достигало на пике 12 тысяч, около двух тысяч казахстанцев вернулись домой. Нам не представилось возможным выяснить, поднимался ли вопрос трудовых мигрантов во время встречи президента Казахстана Касым-Жомарта Токаева с президентом Южной Кореи Мун Чжэ Ином. Смадияров сообщил, что не владеет этой информацией, порекомендовав обращаться в администрацию президента.

– В прошлом году Южная Корея открыла «зеленый коридор» для нелегальных мигрантов, позволив нелегалам покинуть страну без уплаты штрафов. Накануне визита президента Южной Кореи посол этой страны в Казахстане дал интервью, – говорит Айбек Смадияров.

В интервью порталу Tengrinews.kz посол Южной Кореи в Казахстане Ким Дэ Сик заявил, что безвизовые поездки между двумя странами казахстанцы начали использовать для нелегального трудоустройства. По словам посла, «между правительствами двух стран ведутся переговоры по этому вопросу».

Нам не удалось уточнить, о каких переговорах говорил посол. В пресс-службе администрации президента Казахстана сообщили, что вопрос о нелегальных мигрантах надо адресовать министерству иностранных дел. В посольстве Республики Кореи в Казахстане также сослались на МИД Казахстана.

В министерстве труда и социальной защиты населения не оказалось данных о работающих в Южной Корее нелегальных мигрантах из Казахстана. В Национальном банке сообщили, что у них нет информации о том, сколько денег поступает от казахстанских трудовых мигрантов, работающих в Южной Корее.

В комитете по статистике Казахстана сообщили, что они не ведут учета нелегальных мигрантов. По данным комитета, с 2014 года на постоянное место жительство в Южную Корею переезжало по одному человеку в год, а из Южной Кореи на постоянное место жительства в Казахстан приезжало 50–80 человек в год. Большинство из них являются гражданами Южной Кореи.

«ВЛАСТИ НЕ ХОТЯТ ПРИЗНАВАТЬ»

В официальных сообщениях о встрече президентов Казахстана и Южной Кореи нет информации о том, поднималась ли тема нелегальных трудовых мигрантов.

Касым-Жомарт Токаев рассказал об этнических корейцах, проживающих в Казахстане, и презентовал Мун Чжэ Ину сборник исторических сведений и фотографий депортированных в 1940-х годах корейцев. В совместном заявлении, состоящем из 24 статей, нет ни слова о казахстанских трудовых мигрантах в Южной Корее.

Бывший дипломат Казбек Бейсебаев удивлен тем, что на встрече лидеров двух стран не обсуждались проблемы трудовых мигрантов из Казахстана. Он считает, что «Казахстан должен был сделать хоть какое-то предложение [Южной] Корее, потому что там работает более десяти тысяч казахстанских граждан».

– Говоря о корейской диаспоре в Казахстане, можно было поднять разговор о казахстанских гражданах в [Южной] Корее – это не противоречит дипломатии. Напротив, это было бы хорошим поводом. Если две страны смогут прийти к какому-либо соглашению, права нелегальных трудовых мигрантов в Южной Корее были бы урегулированы, – говорит он.

Казбек Бейсебаев предполагает, что Казахстан не стал обсуждать вопрос о нелегальных трудовых мигрантах из-за своих «политических амбиций».

– Все эти годы о Казахстане говорили как о «стране, которая принимает трудовых мигрантов из-за рубежа». Ввиду того, что к нам в страну часто приезжали гастарбайтеры из соседних стран, мы считали себя «богатой страной, которая может обеспечить себя работой». И власти не хотят признавать, что в последние годы [с ухудшением экономической ситуации] гастарбайтеры выезжают из Казахстана, – говорит он.

Казбек Бейсебаев в качестве примера приводит несколько соглашений по облегчению условий для таджикских трудовых мигрантов, которые были подписаны президентом Таджикистана Эмомали Рахмоном во время его визита в Россию в апреле этого года.

«КАЗАХСТАН МОГ ПОПРОСИТЬ КВОТУ»

Сложно ответить на вопрос, какое соглашение власти Казахстана могли предложить Южной Корее по трудовым мигрантам. Тем не менее у казахстанских властей есть опыт ведения переговоров о положении трудовых мигрантов. Страна подписала несколько межправительственных соглашений, когда в 2000-х годах в Казахстан в массовом порядке начали приезжать нелегальные трудовые мигранты, в частности из соседних Кыргызстана и Узбекистана.

После переговоров с президентом Кыргызстана Курманбеком Бакиевым в апреле 2008 года президент Казахстана Нурсултан Назарбаев заявил, что страна разрешит трудовым мигрантам из Кыргызстана въезжать без визы на срок до 90 дней. По данным министерства внутренних дел, в 2007 году в Казахстан приехали 800 тысяч кыргызских мигрантов. В 2008 году Кыргызстану была предоставлена квота на шесть тысяч человек. И после этого две страны неоднократно проводили разные переговоры.

По словам проживающего в Алматы Айбека Турдыбаева, председателя Совета старейшин Кыргызстана, после создания Евразийского экономического союза в 2015 году трудоустройство кыргызских трудовых мигрантов в Казахстане было упрощено.

– Граждане Кыргызстана могут работать на законных основаниях после заключения договора с казахстанскими предпринимателями и официальной регистрации. Казахстан мог попросить трудовую квоту у Южной Кореи. К примеру, в Южной Корее работает более 10 тысяч человек из Кыргызстана. Кыргызстан получил от Южной Кореи квоту на 400 человек в год (трудовых мигрантов). Это лучше, чем ничего, – говорит он.

В 2006 году Казахстан принял закон о легализации нелегальных трудовых мигрантов. Власти Казахстана зарегистрировали в органах внутренних дел работающих в стране нелегалов и провели разовую акцию по их легализации. В 2013 году власти приняли закон, упрощающий выдачу разрешений на трудоустройство иностранцам.

Между тем в Южной Корее ужесточили меры против нелегальных трудовых мигрантов. С 2018 года Сеул начал выдворять из страны нелегалов и взыскивать с них крупные штрафы. Позднее власти Южной Кореи объявили амнистию для нелегальных трудовых мигрантов и открыли «зеленый коридор», чтобы те могли беспрепятственно покинуть страну.

Асылхан МАМАШУЛЫ

Асылхан Мамашулы является репортёром Азаттыка в Алматинском бюро, пишет, в основном, на политические темы. Родился в апреле 1973 года. В 1994 году окончил Кызылординский педагогический институт имени Коркыта-ата. В 1997-2000 годах учился в аспирантуре Казахского национального университета имени Аль-Фараби.

Работал в издательстве «Казахская энциклопедия», в газете «Ана тілі» и в центре ABDI-Press. С 2011 года работает в Азаттыке.

«Работа мечты»: чем занимаются рабочие из КНДР в России

Автор фото, Getty Images

Национальная еда — одна из доходных статей экономики КНДР (на фото — северокорейский ресторан в Китае)

Россия начала высылать северокорейских рабочих, заявил на этой неделе российский посол в КНДР. Русская служба Би-би-си выяснила, как много граждан этой страны работает в России, где они были востребованы и кто пострадает, если они уедут

В январе 2015 года шестерых сотрудников компании «Примагро-Кымган», приехавших из Северной Кореи, доставили в находкинское отделение миграционной службы. Инспекторы обнаружили их за расчисткой снега, хотя официально те были приглашены как высококвалифицированные специалисты на сельхозпредприятие. Один из них — кандидат наук.

Дело дошло до суда. Российские представители «Примагро-Кымган» утверждали, что граждане КНДР приехали для мониторинга подготовки к весенней посевной. А снег они разгребали, чтобы расчистить дорогу для автобуса к своему гостевому дому и успеть на авиарейс в КНДР.

Убедить в этом суд не удалось, и тех сотрудников больше не пускают в Россию. Но северокорейская генеральная корпорация «Кымган», которая владеет 50% предприятия, отправляет других специалистов, рассказала совладелец и директор компании Ирина Тян.

Однако скоро работать в стране не смогут и они.

  • Уголь и аккордеоны: чем торгуют Россия и Северная Корея
  • Как сильно пострадает КНДР от новых санкций России?
  • КНДР заработала 200 миллионов долларов в обход санкций

В конце 2017 Совет Безопасности ООН принял резолюцию, которая расширяет санкции в отношении Северной Кореи и предписывает всем странам-членам организации выслать на родину северокорейских трудовых мигрантов не позднее, чем до конца 2019 года. Кроме того, все совместные компании с КНДР необходимо закрыть.

МВД России сократило срок пребывания рабочих из КНДР еще больше — до одного года, сообщила заместитель начальника миграционного главка МВД Валентина Казакова в Госдуме.

И если уже нанятые сотрудники пока продолжают работу, то новых специалистов нельзя принимать с 11 сентября.

Тогда же российские миграционные службы начали «разворачивать» работников из КНДР. В компании «Рюген-строй», принадлежащей гражданину КНДР по имени Ан Хак Мен, рассказали, что перед введением санкций компания наняла 30-40 работников.

«Мы оплатили все пошлины и сборы, но не успели подписать договоры (до 11 сентября — Би-би-си). Пришлось отправить работников назад, мы потеряли деньги», — рассказала Русской службе Би-би-си сотрудница компании, не уполномоченная общаться с прессой.

Сейчас российское министерство труда не выдает квоты на наём работников из КНДР в 2018 году. Поскольку они действуют 12 месяцев, то к концу 2018 года всем северокорейским работникам придется покинуть Россию.

Сейчас в стране может трудиться до 45 тысяч граждан КНДР, следует из данных минтруда. Столько квот компании получили на наём северокорейских сотрудников в 2017 году. Больше — только на прием на работу граждан Китая.

По подсчетам Русской службы Би-би-си, сейчас в России зарегистрировано примерно три десятка компаний, которые принадлежат совместным российским и корейским гражданам и предприятиям. Всего же в России около 300 северокорейских компаний.

Чем они занимаются?

Рабский труд и «работа-мечта»

Весной 2017 года разразился международный скандал. Газета Guardian со ссылкой на письмо главы FIFA Джанни Инфантино написала, что условия работы северокорейских рабочих при строительстве стадиона «Зенит-Арена» в Петербурге были «ужасающими». О рабских условиях труда северокорейских рабочих за рубежом ранее сообщала и организация Un Watch.

Автор фото, Getty Images

Работники из КНДР трудолюбивые и доброжелательные, рассказала Русской службе Би-би-си сотрудница северокорейской компании

Русская служба Би-би-си направила запрос в посольство КНДР в Москве и ожидает ответа.

Валентина Казакова заявила, что сейчас граждане КНДР обращаются за предоставлением временного убежища. Этих обращений, по ее словам, «большое количество». «Но резолюцию ООН мы должны выполнить», — цитирует ее РИА «Новости».

А Андрей Ланьков, кореевед, профессор университета Кунмина (Сеул), сказал Русской службе Би-би-си, что для граждан Северной Кореи работа в России — «это работа-мечта». Несмотря на то, что по данным минтруда о выданных квотах, северокорейский работник мог зарабатывать в России до 60 тысяч рублей в месяц (около тысячи долларов), средний его заработок — 19,6 тыс. рублей (335 долларов). Это почти в два раза меньше, чем в среднем по России.

«Попасть на нее без взятки невозможно. Да, он отдает условно половину своей зарплаты государству, но то, что остается, в разы больше, чем он может заработать на родине. Поехать в Россию — это круче, чем в Китай, где они находятся на полутюремном положении. А это [работа в Китае] лучше, чем на родине, — говорит Андрей Ланьков. — Запрет на работу иностранных работников — это удар по наиболее инициативной части северокорейского населения».

Для граждан Северной Кореи приезд в Россию — «взрыв мозга, как для советского человека, который в конце 1980-х оказывался в США или Японии: все есть, все разрешено», рассказывает Русской службе Би-би-си бывший сотрудник совместного российско-корейского предприятия «Фитон» по производству БАДов.

«Всегда тепло, всегда есть горячая вода. Они были очень рады здесь работать. С ними приезжали их жены, которые начинали резать корейские салаты и продавать среди своих. Это очень трудолюбивый и предприимчивый народ. Свою родину они очень любят, у них были значки с Ким Ир Сеном на лацканах. Однажды я обратился к одному из них «господин Ким», и он меня сразу поправил — «товарищ Ким». В «Фитон» приезжали не простые рабочие, а высококлассные корейские специалисты по восточной медицине, которые «с закрытыми глазами могут сделать выжимку из целебных трав», — с ностальгией вспоминает он.

«Фитон» — старейшая из работающих сейчас в России северокорейских компаний, которые удалось обнаружить Русской службе Би-би-си. Она была основана, по данным СПАРК, в 1989 году. Сейчас ее совет директоров должен принять решение о ликвидации компании из-за решения Совбеза ООН, сказал Алексей Хосоев, глава Департамента государственного имущества и земельных отношений Забайкальского края. У администрации есть доля в компании. Правда, продукцию завод не выпускает с 2014 года.

Читайте также  Сроки рассмотрения материалов проверки мвд

«Трудовая география»

«Это [отъезд северокорейских работников] будет удар по российской экономике, серьезный удар, особенно по Дальнему Востоку. У нас стройка сейчас в Приморском крае в основном идет силами северокорейских рабочих», — говорил в интервью ТАСС посол России в КНДР Александр Мацегора.

По его словам, одновременно в России находилось максимум 37 тыс. северокорейских работников. Получение квоты (каждая стоит 10 тысяч рублей) не обязует компанию приглашать сотрудника. Но, как правило, компании не получают квоту «просто так», пояснила София Батура, заместитель генерального директора Confidence Group. Компания занимается консультациями в области миграции. Если работодатель не воспользуется ею, новую могут не выдать.

Самое большое значение работники из КНДР действительно имеют для предприятий из Приморского и Хабаровского края, а также Сахалинской области, считает Андрей Ланьков.

Но востребованы они и в европейской части России, следует из данных минтруда по числу выданных квот.

На Дальний Восток выдается только треть квот. Четверть выдана на Москву, Московскую область, Санкт-Петербург и Ленобласть, а всего в европейскую часть России отправляется 43% северокорейских работников.

Больше всего в России востребованы строители из Северной Кореи — арматурщики, бетонщики, каменщики, укладчики плитки, обойщики. Вторая по востребованности профессия — швея.

По словам Андрея Ланькова, эти специальности среди работников из КНДР получили популярность только в 1990-х. До этого в Россию в основном приезжали северокорейские лесорубы, которые жили в обособленных лагерях.

Приглашают в Россию и работников других специальностей, хотя их количество не так велико. В 2017 году, к примеру, шесть тренеров пригласил в село Балтым Свердловской области клуб настольного тенниса Уральской горно-металлургической компании. Они приезжали в прошлом году и уже уехали из страны, рассказали в визовом отделе клуба.

Одного северокорейского спортсмена собирался пригласить футбольный клуб «Ростов». Однако в пресс-службе клуба пояснили, что сейчас никто из граждан КНДР не работает в «Ростове». Известно, что в 2008-2010 году за этот клуб играл Хон Ён Чо, нападающий северокорейского футбольного клуба «25 апреля», выступавший и как капитан сборной КНДР.

«Крепкое рукопожатие»

В сентябре 2017 года в офисе российско-корейского предприятия «Расонконтранс», которое занимается строительством портовой инфраструктуры для маршрута Хасан-Раджин между Россией и КНДР, торжественно повесили на стену портрет молодого Владимира Путина, пожимающего руку бывшему лидеру КНДР Ким Чен Иру.

Автор фото, Расонконтранс

«Расонконтранс» — единственное совместное российско-корейское предприятие, которому не грозит закрытие из-за санкций

Портрет изготовили и привезли в офис работники Народного комитета из Пхеньяна, сообщается на сайте компании.

Забавное совпадение: Россия расширила санкции в отношении КНДР спустя несколько недель после появления портрета Путина в офисе компании.

Но Расонконтранс — единственное совместное российско-корейское предприятие, для которого сделали исключение и которое может продолжать работу в прежнем режиме. В акционерах у нее РЖД и порт Раджин.

Другим повезло меньше. И кто сильнее пострадает от запрета на наём северокорейских рабочих — вопрос. Чуть меньше половины северокорейских работников, судя по данным о распределении квот за 2017 год, пригласили компании, принадлежащие россиянам, остальные пришлись на северокорейские предприятия, работающие в России.

Больше всего квот, 600, получила строительная компания ООО «Рынрадо», работающая во Владивостоке и принадлежащая гражданину КНДР по имени Пак Хен Сун. Сейчас в стране 200 ее бетонщиков, каменщиков, штукатуров, маляров, которые строят несколько многоэтажных домов во Владивостоке (данные арбитража). Связаться с ними не удалось.

Один из крупнейших российских работодателей для граждан Северной Кореи — это компания «Яв-Строй» из Владивостока. Она занимается жилищным строительством. У компании квоты на 400 строителей.

«Мы в любом случае не сможем обойтись без иностранной рабочей силы, будем приглашать работников из других стран, изучим этот вопрос», — сказал корреспонденту Би-би-си сотрудник «Яв-строй» на условиях анонимности, поскольку не уполномочен общаться с прессой.

Среди крупных нанимателей и компания «БТК Групп» Теймураза Баллоева, которая шьет форму для Минобороны. Судя по данным минтруда, она подавала заявку на 270 швей. Но в пресс-службе «БТК Групп» пояснили, что квоту получили на всякий случай, а работников из КНДР так и не наняли. Квоты на 200 швей получила и петербургская «Лидер консалт» — партнер «БТК Групп», как указано на ее сайте. Она предоставляет сотрудников другим предприятиям на аутсорсе. (В компании не ответили на запрос Би-би-си).

150 овощеводов пригласил входящий в АФК «Систему» агрокомбинат «Южный», который выращивает помидоры и огурцы для сетей Metro, X5 Retail Group, «Магнит» и «Окей» в Карачаево-Черкессии. В АФК «Система» не ответили на запрос Русской службы Би-би-си.

У компании «Партнер -1», которая управляет «Центром восточной медицины» в Москве, квоты на 10 врачей. Их отъезд может поставить работу компании под угрозу.

«В нашей клинике работают врачи из КНДР, которые владеют наработанными в Пхеньяне методиками лечения. Если им придется покинуть страну, наши пациенты, среди которых много детей-инвалидов, останутся без лечения. А по клятве Гиппократа врач не должен делить пациентов на врагов и союзников», — горячо доказывает гендиректор и совладелец компании Наталья Жукова.

А гендиректор и совладелец компании «Примагро-Кымган» Ирина Тян, напротив, считает, что отъезд северокорейских работников никак не скажется на российских совладельцах, и проблемы будут только у собственника из КНДР. Он потеряет контроль над компанией — посевной, уборкой урожая, продажами.

Что теперь делать северокорейскому бизнесу в России?

По словам Андрея Ланькова, бизнес Северной Кореи децентрализован.

«Министерство внешней торговли существует, но оно в лучшем случае первое среди равных. Вести бизнес за рубежом могут министерства, ведомства, партия и более мелкие организации, и частные предприниматели, — рассказывает он. — Да, очень часто собственник компании — представитель номенклатуры или спецслужбист, но это так же часто северокорейский предприниматель с деньгами и связями и умением сделать бизнес. Допустим, у меня хорошие связи в России, связи с северокорейской разведкой, которая не только ворует военные секреты, но и деньги зарабатывает. Я могу зарегистрировать компанию».

По мнению Ирины Тян, успех совместного с КНДР бизнеса во многом зависит от консула страны, который работает в регионе.

Связаться с представителями северокорейского бизнеса непросто, и в беседе они очень лаконичны.

«Можно ответить одним словом? Все в порядке», — сказал в ответ на вопрос про последствия санкций сотрудник «Генерального строительного общества Пхеньян», которое занимается жилищным строительством в Санкт-Петербурге.

Клуб «Валдай»

До недавнего времени в Пхеньяне мирились с тем, что информация о внутренней жизни страны поступает за границу в таких масштабах, которые были немыслимы во времена правления Ким Ир Сена. Однако с приходом к власти Ким Чен Ына ситуация стала быстро меняться. Он начал принимать меры, направленные на существенное сокращение тех информационных потоков, которые в последние 20 лет текли из Северной Кореи во внешний мир. О новой политической линии КНДР в вопросах международных контактов пишет Андрей Ланьков , профессор Университета Кунмин (Сеул).

КНДР в западной прессе иногда называют «страной-отшельником» – и, надо признать, у этой метафоры есть основания. Мало стран, в которых правительство с такой последовательностью и, скажем так, свирепостью работало как над тем, чтобы изолировать своё население от внешнего мира, так и над тем, чтобы сделать жизнь в самой стране по возможности непроницаемой для внешних наблюдателей.

Когда заходит речь об информационной изоляции Северной Кореи, обычно имеют в виду те меры, которые северокорейское правительство предпринимает для того, чтобы не допустить распространения в стране несанкционированной информации о внешнем мире. Меры эти действительно разнообразны и во многих случаях просто не имеют аналогов в мировой практике. Однако другой стороной информационной блокады являются меры, направленные на то, чтобы максимально затруднить иностранцам получение информации о том, что происходит стране. Руководство КНДР на протяжении многих десятилетий считает, что сохранение максимальной секретности является одним из средств выживания страны и режима – и ведёт себя соответствующим образом: секретной в КНДР считается даже самая безобидная информация.

Впрочем, в последние два-три десятилетия завеса секретности отчасти развеялась – чтобы вновь начать сгущаться в последние четыре-пять лет.

Перемены в уровне нашей информированности о северокорейских делах были вызваны целым рядом факторов.

Во-первых, с середины 1990-х годов началась массовая нелегальная миграция северокорейского населения (в основном – бедных жителей приграничных северных районов) в Китай. Подавляющее большинство северокорейских мигрантов являлись экономическими беженцами или гастарбайтерами, которые уходили в Китай на заработки. Количество северокорейских нелегалов-гастарбайтеров достигло пика около 1999 года, когда в приграничных районах Китая находилось до 150 тысяч нелегальных мигрантов из КНДР. В течение последующего десятилетия их число снизилось до 15–20 тысяч, но всё равно оставалось значительным. Оказавшись в Китае, гастарбайтеры часто вступали в контакты с посещавшими Китай жителями других государств и, разумеется, с гражданами КНР, многие из которых являлись этническими корейцами.

Примерно до 2010 года граница между КНДР и Китаем с китайской стороны практически не охранялась и не была оборудована в инженерном отношении. Проехав в те времена вдоль пограничных рек пару сотен километров, можно было вообще ни разу не увидеть китайских пограничников. Заграждения тогда также отсутствовали – за исключением лишь нескольких участков поблизости от крупных городов.

Именно контакты с многочисленными северокорейскими мигрантами в Китае стали в последние два десятилетия источником информации как о жизни северокорейских низов, так и о содержании закрытой (хотя и предназначенной для низового чиновничества) пропаганды. С распространением сотовых телефонов (фактически – портативных фотоаппаратов) и иной электронной техники по этому каналу стали поступать цифровые копии северокорейских документов, в том числе и предназначенных для внутреннего пользования.

Примечательно, что китайские власти долгое время не обращали особого внимания ни на присутствие в приграничных районах КНР большого количества северокорейских гастарбайтеров-нелегалов, ни на деятельность тех иностранцев, которые там занимались сбором самой разнообразной информации о Северной Корее. Китайские спецслужбы, в общем, следили лишь за тем, чтобы находящиеся в Северо-Восточном Китае излишне любопытные иностранцы не слишком интересовались собственно китайскими делами.

Важным фактором перемен стало распространение в приграничных районах Северной Кореи сотовых телефонов, подключённых к китайским сетям сотовой связи. В отличие от северокорейских сотовых телефонов, у которых функция международной связи изначально отключена, такие «китайские телефоны» можно использовать и для международных звонков, включая и звонки в Южную Корею. В основном такие телефоны приобретались теми, кто занимались разными видами трансграничного бизнеса (обычно, но не всегда – контрабандой). Однако многим заинтересованным сторонам удалось использовать появление «китайских телефонов» для того, чтобы наладить получение информации из Северной Кореи. В частности, ряд специализированных изданий таким образом получали еженедельную информацию о текущих ценах на основные товары (зерновые, жидкое топливо) на северокорейских рынках – соответствующие серии сейчас доступны с 2005–2007 годов.

Кроме того, в годы голода («Трудный поход» 1996–1999 годов) в Северной Корее появились представители многочисленных международных организаций, занимающихся предоставлением гуманитарной помощи. Поскольку одним из важнейших требований доноров был контроль за тем, как эта помощь распределяется, присутствие этих организаций также означало и присутствие людей, занимающихся этим мониторингом. Многие из этих людей (среди них были и российские граждане) получили беспрецедентную по меркам предшествующих десятилетий возможность передвигаться по стране. Хотя северокорейские власти, разумеется, тщательно следили за ними, на практике этим людям удалось увидеть много интересного.

Кроме иностранных наблюдателей в Северной Корее стали появляться и иностранные инвесторы. В подавляющем большинстве эти люди были либо этническими корейцами из третьих стран (в основном – из Китая), либо же китайцами из КНР. Тем не менее им тоже удавалось увидеть и услышать очень многое, тем более что у некоторых из них – в том числе и россиян – со временем сложились доверительные отношения с северокорейскими партнёрами и сотрудниками.

Наконец, в Пхеньяне присутствовали и иностранные дипломаты, контроль над деятельностью которых, хотя и оставался очень жёстким по меркам других стран, существенно ослаб в конце 1990-х годов. Всего в Пхеньяне находилось 23–25 посольств, так как большинство стран, имеющих дипломатические отношения с КНДР, считают нецелесообразным содержать в Пхеньяне постоянные представительства, а назначают туда послами по совместительству своих послов в соседних странах.

В результате всего этого на протяжении 2000–2015 годов произошла настоящая революция в объёме и качестве доступной иностранным наблюдателям информации о северокорейской жизни.Поступающая информация не всегда была достоверной и, главное, всегда была очень неровной: о некоторых аспектах северокорейской жизни мы знаем довольно много, а о некоторых других – по-прежнему практически ничего. Тем не менее по сравнению с предшествующим периодом уровень информированности о жизни КНДР вырос чрезвычайно.

Нельзя сказать, что северокорейские власти были довольны происходящим. Тем не менее до недавнего времени в Пхеньяне мирились с тем, что информация о внутренней жизни страны поступает за границу в таких масштабах, которые были немыслимы во времена правления Ким Ир Сена, то есть в период до 1994 года.

Однако с приходом к власти Ким Чен Ына ситуация стала быстро меняться. С одной стороны, он начал принимать меры, направленные на то, чтобы существенно затруднить доступ северокорейского населения к несанкционированной информации о внешнем мире. С другой стороны, результатом политики нового руководства стало и существенное сокращение тех информационных потоков, которые в последние 20 лет текли из Северной Кореи во внешний мир. Многие из этих потоков превратились в ручьи или вовсе пересохли.

С самого начала своего правления Ким Чен Ын стал принимать меры, направленные на существенное сокращение нелегальной миграции из КНДР в Китай. На протяжении 2011–2013 годов китайские власти, следуя настойчивым просьбам северокорейской стороны, построили вдоль всей границы систему проволочных заграждений, которая также оснащена датчиками движения и системой видеонаблюдения. На китайской стороне границы появились многочисленные патрули, которые в былые времена почти отсутствовали. Вдобавок китайские власти начали куда активнее заниматься поиском и высылкой северокорейских мигрантов-нелегалов, на присутствие которых долгое время, в общем, закрывали глаза.

Результаты этой политики сказались достаточно быстро – что хорошо видно из того, какое количество граждан КНДР прибывает в качестве беженцев в Южную Корею (почти все они попадают на Юг через Китай). Когда миграция достигла своего пика, то есть около 2010 года, на Юг ежегодно прибывало две-три тысячи беженцев с Севера. Пиковым стал 2009 год, когда в Южную Корею прибыло 2914 бывших северокорейцев. После резкого усиления пограничного режима в начале 2010-х годов их численность стала сокращаться, и на протяжении 2012–2019 годов колебалась на уровне 1100–1500 человек. С началом пандемии произошёл резкий провал – 229 человек в 2020 году и всего лишь 33 человека в первой половине 2021 года.

Читайте также  Как узнать судим ли человек онлайн

Усилился и контроль за теми из находящихся в Северо-Восточном Китае иностранцев (в основном – из стран Запада, Южной Кореи и Японии), которые проявляли явный интерес к северокорейским делам. Среди этих иностранцев имелись сотрудники и агенты спецслужб, равно как журналисты и ученые, но большинство среди них составляли христианские миссионеры. На протяжении 2010–2020 годов многие из этих иностранцев были выдворены или предпочли покинуть Китай добровольно, но некоторые из них были арестованы китайским властями по обвинению в шпионаже (часто, но не всегда – справедливому).

В результате после 2015–2016 годов стало ощутимо снижаться количество и качество информации о жизни в Северной Корее, поступающей через приграничные районы Китая. Там по-прежнему присутствуют северокорейские мигранты, но в нынешней ситуации их количество резко сократилось, ведут они себя крайне осторожно и обычно избегают контактов.

При Ким Чен Ыне усилилась и кампания против сотовых телефонов, подсоединённых к китайским сетям, – как уже говорилось, эти телефоны широко использовались населением приграничных районов для того, чтобы делать международные звонки. В распоряжении северокорейской полиции появились пеленгаторные установки, которые делают использование китайских сотовых телефонов чрезвычайно рискованным. Сам факт владения таким телефоном квалифицируется как доказательство шпионской деятельности задержанного.

С начала 2020 года Северная Корея ввела беспрецедентные по своей жёсткости карантинные меры, направленные против распространения коронавируса. Пересечение тщательно охраняемой границы стало смертельно опасным, так как многочисленные патрули открывают огонь на поражение. Фактически сейчас перейти границу и устроиться в Китае могут лишь те жители КНДР, у которых есть и средства на взятки северокорейским пограничникам (за соответствующую мзду они по-прежнему готовы «не заметить» нарушителя), и связи в Китае.

Серьёзные изменения произошли и в иностранной колонии в Пхеньяне. Северокорейская сторона была недовольна присутствием представителей НКО и гуманитарных организаций, но мирилась с этим присутствием, так как нуждалась во внешней помощи. Однако в последнее время ситуация изменилась. С началом пандемии представители иностранных НКО и гуманитарных организаций оказались фактически под домашним арестом, любая деятельность стала невозможной. В итоге на протяжении 2020 года все работавшие в КНДР международные организации вывели свой персонал, дальнейшее пребывание которого в КНДР просто не имело смысла.

Произошло также существенное сокращение дипломатических представительств. Из 23–25 посольств, которые имеются в Пхеньяне, в настоящее время продолжают работу всего лишь около 10 – остальные вывели весь персонал и полностью закрылись. При этом подавляющее большинство даже оставшихся в Пхеньяне посольств в несколько раз сократили свой персонал. Связано это во многом с тем, что в нынешних условиях нормальное ведение дипломатической работы стало практически невозможным. Вдобавок есть основания беспокоиться по поводу безопасности находящихся в КНДР дипломатов: в случае серьёзной болезни получить медицинскую помочь на месте может быть непросто, а эвакуация больного в условиях закрытия границ крайне затруднена. Многим памятен эпизод с выездом наших дипломатов на ручной дрезине, получивший широкое освещение в прессе, однако, помимо этого случая, имел место ряд драматических эвакуаций, о которых в СМИ не сообщали.

В результате мы возвращаемся к той ситуации, которая существовала в 1960-70-е годы, когда советским дипломатам приходилось прикладывать немалые усилия для того, чтобы узнать, с какой частотой работают северокорейские сельские рынки и за какую примерно сумму там можно купить курицу или яблоко.

Во многом происходящее может быть объяснено эпидемией коронавируса. Однако есть основания предполагать, что мы присутствуем при рождении новой политической линии, которую северокорейские власти могут проводить на протяжении очень долгого времени.

В создавшейся ситуации Северная Корея куда меньше, чем в ещё недавние времена, заинтересована в иностранном присутствии на её территории. Американо-китайский конфликт означает, что Китай готов поддерживать Северную Корею практически безоговорочно – страна представляет собой важный стратегический буфер. Сейчас северокорейское правительство понимает, что минимально необходимые поставки продовольствия, медикаментов и товаров первой необходимости из Китая будут продолжаться почти при любых условиях, поэтому особой необходимости в получении помощи от других стран сейчас нет. Кроме того, существование санкционного режима в его нынешней гипертрофированной форме делает любые экономические контакты с внешним миром маловероятными.

В таких условиях северокорейское руководство считает, что тот ущерб национальной безопасности, который наносится утечкой информации о положении в стране, равно как и «идеологическое заражение», источником которого являются контакты с иностранцами, существенно перевешивают потенциальные выгоды от присутствия в стране иностранцев. Необходимость в международных контактах в новых условиях резко снизилась, а связанные с ними вызовы и опасности никуда не исчезли. Так что можно предположить, что даже после окончания пандемии многие из описанных выше мер свёрнуты не будут.

Ввозные руки

Зачем дальневосточному бизнесу работники-мигранты вместо россиян в 2019 году

В начале 2019 года Минтруд опубликовал приказ об утверждении квот на привлечение иностранной рабочей силы в Россию. Субъектам Дальневосточного федерального округа досталось от 16 официальных квот на рабочих-мигрантов для Камчатки до 28,7 тыс. одобренных заявок на работников из-за рубежа для Амурской области. EastRussia внимательно проанализировало сотни страниц приложений к приказу, обнаружив несколько интересных фактов.

ФАКТ ПЕРВЫЙ: ИНОСТРАНЦЫ — СУЩЕСТВЕННАЯ ЧАСТЬ ТРУДОВОГО ЛАНДШАФТА

74 субъекта Российской Федерации перечислены в приложениях к приказу Минтруда, устанавливающему квоты на рабочих из-за рубежа. Из них 11 – это субъекты Дальневосточного федерального округа в его новых границах, с Бурятией и Забайкальским краем. Таким образом, ни в одном из дальневосточных регионов бизнес не отказались от использования легальной иностранной рабочей силы.

Другое дело, что масштаб участия регионов в ДФО в мировом разделении труда — на удивление разный. Где, скажите, на этой шкале трудовой мобильности Камчатский край, чьи предприятия на 2019 год оформили официальные заявки всего лишь на 16 иностранцев, а где – Амурская область с ее 28,7 тыс. человек?

Влияют ли рабочие-мигранты, привлекаемые по квотам, на общий трудовой ландшафт дальневосточных регионов? Ответить однозначно на этот вопрос нельзя, — слишком разная везде картина.

Но как минимум в двух регионах ДФО, Амурской области и Хабаровском крае, иностранные рабочие по квотам должны занять больше рабочих мест, чем в регионе официальных безработных. Выходит, хотя бы здесь привлечение рабочих рук из-за рубежа обосновано отсутствием отечественной рабочей силы в таких количествах, которые требуются работодателям (о качестве – разговор особый).

В Приамурье, например, по данным Росстата, всего 10,1 тыс. безработных, а иностранных рабочих по квотам, напомним, привлекается 28,7 тыс. В Хабаровском крае, которому требуется 8,3 тыс. рабочих-иностранцев по квотам, — 6,9 тыс. безработных. В Приморье, где на сентябрь 2018 года было 10,5 тыс. безработных, работодатели планируют занять иностранцами в 2019 году 7,8 тыс. рабочих мест.

При этом потребности работодателей в сотрудниках, о которых они отчитываются перед Рострудом, везде значительно выше — и численности безработных, и количества привлекаемых иностранцев. Однако в случае с Амурской областью они сопоставимы: мало того, что в регион привлекается больше иностранцев-работников, чем есть безработных, но и за счет привлеченных из-за рубежа рабочих рук потребность работодателей в персонале (65,9 тыс.) закрывается почти наполовину. Соотношения всех трех показателей по субъектам ДФО приведены в графике ниже.

Сколько иностранных рабочих по квотам привлекут субъекты ДФО в 2019 году

Заявлено рабочих мест для иностранцев в 2019 г., чел.

Безработных россиян, чел. (Росстат, сентябрь 2018 г.)

Потребность работодателей (Роструд, сентябрь 2018 г.)

Еврейская автономная область

Чукотский автономный округ

Республика Саха (Якутия)

ФАКТ ВТОРОЙ: ПЛАТИТЬ МОЖНО МЕНЬШЕ

Между тем, свои потребности в кадрах регионы ДФО, как и любые другие российские, удовлетворяют не только за счет квотируемых рабочих-мигрантов. Квота действует в отношении только тех иностранных государств, с которыми у России установлен визовый режим. В основном это страны «дальнего зарубежья», а рабочая сила из большинства стран СНГ — не квотируется. В частности, безвизовый режим у России с Таджикистаном, Молдовой, Кыргызстаном, Азербайджаном, Узбекистаном.

Разумеется, любому иностранному работнику для трудоустройства в России нужно разрешение от МВД, подтверждение знания русского языка и истории России — и целый пакет документов. Но оформлять на этих работников отдельные квоты работодателям не нужно.

Российские предприятия привлекают иностранных рабочих по самым разным причинам, и отсутствие квалифицированной рабочей силы с российским гражданством – основная, но не всегда самая главная из них. Часть предприятий, активно пользующихся услугами иностранцев, основана на средства граждан этой же страны. Подобная ситуация, идущая еще из 1990-х годов, на Дальнем Востоке наблюдается в самых разных сферах, — лесозаготовки, сельского хозяйства, мелкого строительства и ремонта. Кое-кто из собственников просто вынужден привлекать иностранную рабочую силу (например, рыбаки-подфлажники, чьи суда ходят по морю под флагами иностранных государств). Однако в большинстве случаев причины привлечения мигрантов – чисто экономические.

Так ли это, можно легко понять из соотношений двух базовых показателей, — «разброса» зарплат иностранцев, привлекаемых по квотам, и средних зарплат по субъектам РФ.

Как видно на графике, «нижняя» граница стоимости привлечения иностранной рабочей силы по квотам, — везде ниже, чем средние заработные платы по региону. «Верхняя», — также почти везде ниже, за исключением четырех регионов – Амурской области, Хабаровского и Забайкальского краев, Приморского края.

Однако, если разобраться, самые «дорогие» рабочие-мигранты, в привлечении которых заинтересованы работодатели в субъектах ДФО, — это кадры высокой квалификации, которые и не могут быть «куплены» дешевле, чем средние уровни зарплат в каждом соответствующем регионе. Остальная же масса, — это низкоквалифицированная рабочая сила, которая обходится работодателям неизбежно значительно дешевле.

Усреднение показателей дает еще более экономически логичную картину. В среднем работники-мигранты получают значительно меньше, чем работники в регионе в целом.

ФАКТ ТРЕТИЙ: КАРТИНУ ДЕЛАЮТ ПОДРЯДЧИКИ «ГАЗПРОМА»

Другой вопрос – кто именно из иностранных рабочих требуется дальневосточным работодателям. Очень интересна в этом смысле Амурская область, где действует крупнейший работодатель для легальных иностранных рабочих в 2019 году на Дальнем Востоке – ООО «Ренейссанс Хэви Индастрис». Суммарная удовлетворенная заявка компании – 12 722 человека (только монтажников технологических трубопроводов из Турции ей потребуется 1,75 тыс. человек).

Начало бизнесу группы Renaissance положил в начале 1990-х в Санкт-Петербурге гражданин Турции Эрман Ылыджак. Сейчас компании группы являются подрядчиками на объектах тяжелой индустрии в России, Туркмении, Турции и на Ближнем Востоке. В 2018 году Renaissance Heavy Industries LLC. Выиграло основной субподряд на строительстве Амурского газоперерабатывающего завода «Газпрома» — главной стройки региона на ближайшие несколько лет. «Газпром» оценивает проект в 950 млрд руб., глава Приамурья Василий Орлов в середине февраля говорил, что степень готовности стройки — уже 22%. Субподрядчикам, выигравшим контракты с «Газпромом», понадобилось большое количество квалифицированных рабочих рук, — и не только Renaissance Heavy Industries.

Так, филиалу АО «Ямата Ятырым Иншаат Туризм ве Тиджарет Аноним Ширкети» в Свободном нужно для работ по Амурскому ГПЗ 5,4 тыс. строительных рабочих, московскому «ТехСтальМонтажу» — еще 1,2 тыс. рабочих, «Стройхимнефтегазу» — 1 тыс. рабочих, и так далее. Еще один крупный работодатель для иностранцев в регионе – благовещенский филиал China Petroleum Engineering & Construction Corporation. Компании в 2018 году были нужны 1,2 тыс. рабочих из Китая, в 2019-м – 705 человек. Ее задачи также связаны с газпромовской стройкой: China Petroleum Engineering & Construction Corporation выполняет проектирование, изготовление, поставку оборудования и строительство дожимных компрессорных цехов, установок осушки и очистки газа, газофракционирования Амурского ГПЗ.

В то же время, ситуация с Амурской областью выбивается из среднестатистической по ДФО. Остальные крупнейшие работодатели для «квотируемых» иностранцев – это в основном крупные лесные, строительные и торговые компании из разных регионов Дальнего Востока.

Топ-20 крупнейших работодателей для иностранцев по квотам (ДФО, 2019 год)

Работодатель в ДФО

ООО Ренейссанс Хэви Индастрис (Санкт-Петербург)

Филиал иностранной компании Акционерная компания Ямата Ятырым Иншаат Туризм ве Тиджарет Аноним Ширкети (Свободный, Амурская область)

ОП ТехСтальМонтаж (Москва)

ООО СТРОЙХИМНЕФТЕГАЗ (Москва)

ООО Компания Бизнес-Контакт (Хабаровск)

ООО ВелесстройМонтаж (Москва)

ООО Али (Хабаровск)

Филиал иностранной компании АМУРСКИЙ ФИЛИАЛ ЧАЙНА ПЕТРОЛЕУМ ИНЖИНИРИНГ ЭНД КОНСТРАКШН КОРПОРЕЙШН (Благовещенск)

ООО Ремонтно-строительная компания Восток (Амазар, Забайкальский край)

ООО Байкалруд (Бутунтай, Забайкальский край)

ООО УРАН (Москва)

ООО ХС Констракшн (Москва)

ЗАО РФП ЛЕСОЗАГОТОВКА (Хабаровский край)

ООО АЛЬФА ИНЖЕНЕРИНГ и КОНСТРАКШН (Москва)

ООО Монтажэнергострой (Свободный, Амурская область)

АО Строительная компания N 1 (Благовещенск)

ООО АМУРНЕФТЕГАЗМОНТАЖ (Свободный, Амурская область)

ООО ДР-Стройконструкция (Владивосток)

ООО Грасс (Дальнереченск)

ООО ИНКОН (Тобольск)

ФАКТ ЧЕТВЕРТЫЙ: КИТАЙЦЫ, ТУРКИ. ИНДИЙЦЫ?

Является ли преобладание сотрудников из Китайской народной республики среди рабочих-иностранцев дальневосточной реалией или мифом?

Поскольку судить о всем массиве рабочих-гастарбайтеров нельзя (выходцы из стран СНГ, напомним, не квотируются), выводы можно делать лишь по статистике Минтруда. Они однозначны: китайцев среди привлекаемых по квотам сотрудников все еще больше, чем остальных.

Второе место среди работников-иностранцев в 2019 году на Дальнем Востоке – у выходцев из Турции, третье – у Индии, четвертое – у Вьетнама, пятое – у Филиппин. Относительно большое количество индийцев – следствие кадровой политики подрядчиков на строительстве Амурского ГПЗ: им требуется, например, 570 монтажников трубопроводов из этой страны, 270 монтажников оборудования, 315 сварщиков-операторов и сотни других специалистов в сфере строительства.

На последнем месте из стран по популярности, как ни странно, Япония: в этом году дальневосточным работодателям понадобился всего один специалист из этого государства, и это повар для предприятия из Владивостока, славящегося своими заведениями паназиатской кухни. А вот зачем предприятию из Петропавловска-Камчатского два парикмахера именно из Марокко, — наверное, так и останется загадкой.

Основные страны, откуда приезжают рабочие по квотам на Дальний Восток в 2019 году

Читайте также  Принять сотрудника на работу без трудовой книжки

Босния и Герцеговина

ФАКТ ПЯТЫЙ: СТРОИТЕЛИ ПРЕОБЛАДАЮТ

Вполне логичным, учитывая столь большую заявку на квоты от строителей в Амурской области, является распределение рабочих по специальностям: 30% от требуемых работников из-за рубежа – это монтажники, а топ-20 основных профессий рабочих по квотам наполовину сформирован строительными специальностями.

Самые редкие профессии, иностранцы на которые приглашаются буквально в единичных случаях, – это руководящий персонал: главный бухгалтер, главный геофизик, заместитель директора. В этой же группе (по 1 единице) оказались, к примеру, «уполномоченный по делам религии» из Южной Кореи, потребовавшийся одной из церквей Южно-Сахалинска, «подборщик камней» из Китая для читинской компании с названием «Чай востока» и «наплавщик пластмассы» для компании из Уссурийска.

Вообще же экзотических профессий в заявках дальневосточных работодателей предостаточно. Так, одной из компаний Приморья в этом году требуются два китайских специалиста с профессией «разметчик хлыстов». Лесопромышленной компании из Хабаровска – четыре «калибровщика карандашных дощечек» (бывает, оказывается, и такое ремесло). А три специалиста в удовлетворенной заявке на квоты еще одного хабаровского предприятия именуются как «третьи массажисты».

Разумеется, бизнес, работающий на Дальнем Востоке, идет на массовое привлечение сотрудников из-за рубежа не от хорошей жизни. Падение престижа рабочих профессий и отсутствие постоянных масштабных строек в субъектах ДФО постепенно привели к тому, что организовать выполнение больших контрактов (подобных строительству объектов к саммиту АТЭС-2012 в Приморском крае, строительству нефте- и газопроводов и крупных промышленных объектов) силами только местных специалистов нереально, а приехавшим на заработки по квотам иностранцам к тому же можно и платить в среднем меньше.

К сожалению, сложившаяся ситуация выгодна и государству. Кроме сборов за разрешительные документы, ФНС, например, может рассчитывать на повышенный 30-процентный НДФЛ с заработной платы трудоустроенного нерезидента (налоговым резидентом становятся только после 183-го дня пребывания в России). Нелегальное использование иностранцев, в том числе использование не по той профессии, на которую оформлено разрешение, или просто отсутствие уведомления МВД о приеме иностранца на работу, карается серьезными штрафами и может привести к приостановлению деятельности юрлица.

С другой стороны, именно на Дальнем Востоке с 2014 года действует особый режим привлечения иностранной рабочей силы для предприятий-инвесторов, вкладывающих средства в строительство приоритетных объектов и получивших статус резидентов территорий опережающего развития (ТОР). Согласно статье 351.5 Трудового кодекса, таким работодателям, во-первых, «получение разрешений на привлечение и использование иностранных работников не требуется», а во-вторых, оно «выдается без учета квот на выдачу иностранным гражданам приглашений на въезд в Российскую Федерацию в целях осуществления трудовой деятельности, а также квот на выдачу иностранным гражданам разрешений на работу».

Заработал ли этот механизм, EastRussia объяснит в следующем материале по теме.

Общий порядок трудоустройства иностранцев

Что такое квота на иностранных работников? Какие документы нужны, чтобы взять на работу сотрудника из Беларуси? Как трудоустроить специалиста из Бельгии? Ответы на все эти вопросы в нашем материале.

Нормативная база

Если вы решили работать с иностранными гражданами, вам следует начать изучение нормативной базы с нескольких значимых документов. В их числе:

  • гл. 50.1 Трудового кодекса РФ;
  • Федеральный закон от 25.07.2002 № 115-ФЗ «О правовом положении иностранных граждан в Российской Федерации»;
  • Федеральный закон от 18.07.2006 № 109-ФЗ «О миграционном учете иностранных граждан и лиц без гражданства в Российской Федерации»;
  • Постановление Правительства РФ от 15.01.2007 № 9 «О порядке миграционного учета иностранных граждан и лиц без гражданства»;
  • Приказ МВД России от 10.01.2018 № 11 «О формах и порядке уведомления Министерства внутренних дел Российской Федерации или его территориального органа…»;
  • Постановление Правительства РФ от 14.11.2018 № 1365 «Об установлении на 2019 год допустимой доли иностранных работников, используемых хозяйствующими субъектами, осуществляющими на территории Российской Федерации отдельные виды экономической деятельности» (на 2020 год будет новое постановление).

Допустимая доля иностранных работников

Прежде чем взять иностранца на работу, надо убедиться, что вы вправе это сделать. Каждый год Правительство РФ публикует данные о допустимой доле иностранных работников по каждой из отраслей. Если для вашей сферы деятельности нет запрета на привлечение иностранцев — смело оформляйте документы.

Если у вас уже есть иностранные сотрудники, отслеживайте изменения квот. При снижении процента на следующий год вы должны привести численность иностранных работников на предприятии в соответствие с утвержденными Правительством РФ нормами. Иначе организации грозит штраф от 800 тысяч до 1 млн рублей или приостановление деятельности на срок от 14 до 90 суток. Должностных лиц могут оштрафовать на сумму от 45 тысяч до 50 тысяч рублей.

Доля не включает:

— иностранных граждан, которые получили разрешение на временное проживание или вид на жительство (п. 1 ст. 2 Закона № 115-ФЗ);

— высококвалифицированных специалистов и членов их семей (п. 2 ст. 13.2 Закона № 115-ФЗ);

— граждан Армении, Беларуси, Казахстана и Киргизии, работающих по трудовым или гражданско-правовым договорам (п. 2 ст. 97 Договора о Евразийском экономическом союзе от 29.05.2014).

Кроме допустимой доли, существует еще и квота. Она распространяется на иностранных работников, прибывающих в Российскую Федерацию на основании визы. Каждый год Правительство РФ определяет потребность в привлечении иностранцев из визовых стран.

Правовой статус иностранца в РФ

Возможность трудоустройства иностранных граждан зависит от их правового статуса:

  1. Временно пребывающие — самая большая группа. Это иностранцы, которые приезжают в РФ работать, учиться, в гости, с туристическими целями и т.д. Срок их пребывания в РФ определяется сроком действия выданной визы или 90 суток суммарно в течение каждых 180 суток для безвизовиков. Срок пребывания в РФ может быть продлен при наличии оснований.
  2. Временно проживающие — те, кто получил разрешение на временное проживание на три года.
  3. Постоянно проживающие — те, кто получил вид на жительство, их проще всего принять на работу.

Иностранцев можно также разделить на группы по порядку въезда:

  1. Визовый — из Грузии, Туркмении, Литвы, Латвии, Эстонии, США, Канады, Германии, Великобритании, Китая и пр. Для иностранцев из этих стран нужно оформлять разрешение на привлечение иностранной рабочей силы в рамках квоты, приглашение, визу и разрешение на работу.
  2. Безвизовый. Группу можно разделить на две подгруппы. Граждане стран — участников ЕАЭС (Армении, Казахстана, Киргизии, Беларуси) — работают в РФ на основании трудового договора. Граждане Азербайджана, Узбекистана, Таджикистана, Молдовы, Украины для работы в РФ обязаны оформить патент и заключить трудовой договор.
  3. Краткосрочный безвизовый по международным соглашениям с отдельными странами, например с Сербией, Израилем, на короткий промежуток времени, если цель поездки — не работа и не учеба. Для работы в РФ они должны оформить документы, указанные в п. 1 (разрешение, визу и т.д.).

Правовой статус и страна, откуда приехал иностранный гражданин, определяют порядок и сроки оформления на работу в России, а также перечень представляемых документов.

Документы при устройстве на работу

Базовый пакет документов, обязательный для иностранца, который устраивается на работу на территории России, включает:

  1. Национальный паспорт. В большинстве стран паспорта делаются по единому международному образцу, и в них нетрудно найти сведения о дате и месте рождения, гражданстве и пр. Обращайте внимание на срок действия документа: если паспорт просрочен, вашего работника могут выдворить из страны; если до окончания срока действия паспорта осталось меньше года, иностранцу могут отказать в патенте, разрешении на работу.
  2. Виза. Она нужна тем, кто приезжает из визовых стран. Виза вклеивается в паспорт, в ней должна быть указана цель приезда — работа по найму.

Миграционная карта. В ней должна быть подчеркнута цель — работа. За нарушение цели въезда КоАП предписывает штраф (от 2 000 до 5 000 рублей, ст. 18.8). У граждан Беларуси, у постоянно и временно проживающих иностранных граждан миграционных карт нет.

Жители Казахстана, Киргизии, Украины могут приехать в Россию не только по заграничному паспорту, но и по внутреннему удостоверению. Но вам, как работодателю, выгоднее нанимать сотрудников, которые могут представить именно паспорт, где проставляется отметка о пересечении границы. Это важная дата, потому что с нее отсчитывается срок пребывания иностранца на территории страны, по ней можно проверить суммарный срок пребывания в РФ (90 из 180).

Иностранцы из ЕАЭС

Договор о Евразийском экономическом союзе, подписанный главами России, Киргизии, Беларуси, Армении и Казахстана, обеспечивает свободу движения товаров, услуг, капитала и рабочей силы на территориях этих стран. Это значит, что трудоустройство граждан ЕАЭС в России проходит в упрощенном порядке. Работодателю достаточно заключить с таким сотрудником трудовой или гражданско-правовой договор, направить в МВД уведомление о приеме на работу и поставить иностранца на миграционный учет, если он будет проживать в квартире, предоставленной работодателем.

Граждане Киргизии, Казахстана и Армении при въезде на территорию РФ могут не получать миграционную карту до 30 дней с даты пересечения границы и не вставать на учет. Но устраиваясь на работу, они обязаны предъявить карту в отдел кадров. Граждане Беларуси приезжают в РФ без миграционных карт и в течение 90 суток могут не стоять на мигучете.

Если иностранный гражданин из ЕАЭС заключил трудовой договор, то ему и членам его семьи на основании трудового договора и документов, подтверждающих родство, МВД продлит пребывание в РФ на срок свыше 90 суток. В случае досрочного расторжения договора после истечения 90 суток из 180 у иностранца есть еще 15 дней на заключение нового договора. Если не успел, обязан покинуть территорию РФ.

Сотрудники из безвизовых стран

Иностранцы, приехавшие в Россию из Азербайджана, Узбекистана, Таджикистана, Молдовы и Украины, с 18 лет могут работать на основании патента. Этот документ действует максимум год при условии, что его владелец своевременно делает авансовый платеж. В каждом регионе установлен свой размер платы за патент.

Патент действует только в том регионе, где он выдан, и только на указанную в нем профессию. Если меняется регион или профессия, надо получить другой патент. Если ваш сотрудник получил патент на работу поваром, но хочет по совместительству еще и мыть посуду — ему нужно получать новый патент. То же относится и к работе в разных регионах. Для второй должности или второго региона надо получить второй патент и по нему тоже платить налоги.

Иностранец оплачивает патент авансовым платежом ежемесячно или сразу за длительный период. Размер этого налогового взноса в регионах разный и меняется каждый год Так, в 2019 году в Москве за патент платят 5 000 рублей в месяц, в Якутии — 9 335 рублей, в Астраханской области — 3 813 рублей.

Обратиться за получением патента иностранец обязан в течение 30 календарных дней со дня въезда в РФ. Срок оформления в МВД — 10 рабочих дней. Чтобы оформить патент, надо представить:

  1. Заявление.
  2. Паспорт или признаваемый в России документ, удостоверяющий личность, со сроком действия не менее года.
  3. Миграционная карта, где указана цель визита — работа.
  4. Договор или полис ДМС.
  5. Заключение медкомиссии об отсутствии зависимостей, опасных инфекционных заболеваний, сертификат обследования на ВИЧ-инфекцию и пр.
  6. Документ об образовании:
  • документ об образовании (не ниже основного общего), выданный на территории государства, входившего в состав СССР до 1 сентября 1991 года;
  • документ об образовании или квалификации, выданный по итогам успешной аттестации на территории РФ после 1 сентября 1991 года;
  • сертификат о владении русским языком, знании истории РФ и законодательства, выданный после сдачи экзамена.
  1. Документ об оплате штрафа, в случае если иностранец не уложился в отведенные ему 30 суток (ст. 18.20 КоАП, от 10 000 до 15 000 рублей).

Проследите, чтобы в течение двух месяцев с момента получения патента иностранец представил в управление по вопросам миграции ГУ МВД РФ копию трудового договора, иначе патент может быть аннулирован и вы потеряете сотрудника. Патент выдается максимум на год, чтобы продлить его, к исходным документам надо добавить трудовой (гражданско-правовой) договор и ходатайство работодателя.

Проверить, действителен ли патент будущего сотрудника, можно на сайте МВД.

Выдача и переоформление патента — 10 рабочих дней.
Оформление дубликата патента — 3 рабочих дня.
Если во время действия патента изменились личные данные — в течение 7 рабочих дней с момента въезда или получения нового паспорта надо обратиться в МВД.

Срок пребывания безвизового гражданина в России напрямую зависит от того, на сколько месяцев вперед оплачен патент. Об изменении срока пребывания принимающая сторона должна в течение 3 рабочих дней уведомить территориальное отделение МВД лично или через МФЦ (п. 42 Постановления Правительства РФ от 15.01.2007

№ 9). Если работодатель, который предоставил сотруднику жилье, не сообщил в ведомство об изменении срока пребывания иностранца в РФ (при оплате патента), он может быть оштрафован на сумму до 500 тысяч рублей (ч. 4 ст. 18.9 КоАП).

Сотрудники из визовых стран

Чтобы принять на работу иностранца-визовика, вам надо получить квоту. Основные нормативные документы, которые регламентируют квотирование:

  • Приказ Минтруда России от 15.12.2017 № 848н;
  • Приказ Минтруда России от 24.10.2014 № 795н.

Порядок действий работодателя:

  1. Подать заявку на Migrakvota.gov.ru.
  2. Получить разрешение на привлечение и использование иностранных работников.
  3. Оформить каждому иностранному сотруднику разрешение на работу, приглашение, визу.

Рабочая виза сначала оформляется на 90 суток. Если во время этого испытательного срока вас и сотрудника все устраивает, заключайте трудовой договор и подавайте в МВД ходатайство о продлении визы. После этого работник получает годовую многократную визу.

Размер госпошлины с 1 января 2015 года не менялся и составляет:

  • 10 000 рублей за человека — за выдачу разрешения на привлечение и использование иностранной рабочей силы;
  • 3 500 рублей — за выдачу разрешения на работу;
  • 800 рублей — за выдачу приглашения;
  • 1 600 рублей — за продление визы.

И помните: не важно, из какой страны приехал ваш сотрудник и какой у него правовой статус, вы обязаны подавать в МВД уведомления о приеме на работу и увольнении иностранца (приложения № 13–15 к Приказу МВД России от 10.01.2018 № 11). Исключение из этого правила — граждане Беларуси.

Об авторе: Наталья Расторгуева, эксперт сервиса Контур.ФМС, подполковник внутренней службы в отставке.

Не пропустите новые публикации

Подпишитесь на рассылку, и мы поможем вам разобраться в требованиях законодательства, подскажем, что делать в спорных ситуациях, и научим больше зарабатывать.