Вопросы про международный обычай

Лекция 3. Источники и нормы международного права

3.2. Международный договор и обычай – основные источники международного права

Как уже было сказано выше, к основным источникам международного права относят международный договор и обычай, которые, в су их значимости, распространённости и интенсивного применения, выступают в качестве универсальных источников международного права.

Венская конвенция о праве международных договоров 1969 г. в статье 1 определяет договор как международное соглашение, заключенное между государствами в письменной форме и регулируемое международным правом, независимо от того, содержится ли такое соглашение в одном документе, в двух или нескольких связанных между собой документах, а также независимо от его конкретного наименования.

В настоящее время нормы международных договоров занимают основное место в международном праве в силу определенных причин, среди которых можно назвать следующие:

1) создание обычных норм является длительным процессом. Иногда возникают затруднения в установлении точного содержания обычной нормы. Процесс создания договорной нормы не такой длительный, а воли субъектов международного права имеют более выраженный характер;

2) процедура заключения и исполнения договоров детально разработана и определена (Конвенции о праве международных договоров 1969 г. и 1986 г.);

3) договорная форма предоставляет больше возможностей для согласования воль субъектов, нежели какая-либо другая.

Эти и другие причины обусловливают все более широкое использование договорного процесса создания международно-правовых норм. Субъекты международного права учитывают важнейшую роль договоров в международных отношениях и признают возрастающее значение договоров как источника международного права и средства развития мирного сотрудничества между государствами.

Международный обычай – то правило поведения, которое в результате неоднократного повторения в течение длительного времени приобрело молчаливое признание субъектов международного права.

Международный обычай в ст. 38 Статута Международного суда ООН определен как «доказательство всеобщей практики, признанной в качестве правовой нормы». Венская конвенция 1969 г. подтверждает, что нормы международного обычного права по-прежнему регулируют важнейшие вопросы международных отношений. В преамбуле Федерального закона от 15 июля 1995 г. «О международных договорах Российской Федерации» подчеркивается, что Российская Федерация, выступая за неукоснительное соблюдение как договорных, так и обычных норм, подтверждает свою приверженность основополагающему принципу международного права — принципу добросовестного выполнения международных обязательств.

На протяжении длительного времени обычай играл весьма важную роль в развитии международного права и был его главным источником.

Итак, обычная норма международного права представляет собой общеобязательное правило поведения, выражающееся в однородных действиях, за которыми субъекты международного права признают юридическую обязательность международно-правовой нормы.

Обычай складывается в течение достаточно длительного времени из повторяющихся действий (актов) субъектов международных правоотношений. В качестве хрестоматийных примеров обычных норм обычно приводят: определение высотной границы государственного суверенитета и, соответственно, границ государственной территории на высоте 100 км от поверхности земли; право беспрепятственного пролета космических кораблей при взлете и посадке через воздушное пространство иностранного государства и др. Большое число обычных норм содержат институты признания и правопреемства государств и правительств, международное экономическое право, а гуманитарное право в период вооруженных конфликтов часто именуют «законами и обычаями войны».

Подобно договорным международно-правовым нормам, обычные нормы международного права образуются в два этапа:

1) согласование правила поведения и

2) придание согласованному правилу поведения юридической силы международно-правовой нормы.

Как уже отмечалось, обычай складывается в течение длительного отрезка времени, хотя это требование не нашло закрепления в судебной практике Международного суда ООН. Само по себе длительное повторение одних и тех же действий не создает еще международного обычая, поэтому такой признак, как продолжительность существования правила поведения, не может служить главным доказательством существования обычая.

Не зависит наличие обычая и от количества признающих его государств: юридически воли государств равнозначны. Поэтому в теории проводят различие между универсальными (признаваемыми большинством субъектов международного права) и локальными (признаваемыми двумя или несколькими субъектами) обычаями.

Принятие того или иного правила в качестве обычной нормы зависит от субъектов международного права и может выражаться в различных формах (юридически значимые действия органов государства, официальные заявления). При этом признание правила поведения обычной нормой может производиться как путем активных действий, так и путем воздержания от действий. Отсутствие возражений государств против каких-либо действий субъектов международного права также может свидетельствовать о признании их правомерности и признании в некоторых случаях за ними силы международно-правовой нормы.

От международно-правового обычая следует отличать обыкновение. Оно представляет собой правило поведения субъектов международных правоотношений, не обладающее качеством юридической обязательности. Иными словами, обыкновение не признается мировым сообществом в качестве нормы международного права. Поэтому нарушение обычая рассматривается субъектами международного права как правонарушение, нарушение же обыкновения рассматривается как недружественный акт, следовательно, санкцией за нарушение обыкновения может выступить реторсия.

Каково же соотношение международного договора и обычая.

Договор и обычай имеют ряд общих черт, характеризующих их как источники одной правовой системы:

— договор и обычай образуются в результате взаимных действий государств или иных субъектов международного права и имеют общую юридическую основу – соглашение создающих их субъектов;

— договор и обычай содержат правила поведения, носящие обязательный характер, то есть связывают воли создавших их субъектов. Это означает, что ни одно государство или иной субъект международного правоотношения не может произвольно отказаться от выполнения взятых на себя обязательств;

— несоблюдение или нарушение как договора, так и обычая ведёт к одинаковым правовым последствиям: к прекращению их действия, возникновению каких-либо требований об удовлетворении претензий, вытекающих из невыполнения договора или обычая;

— оба источника подчинены действию общих принципов права, на базе которых решается вопрос об их правомерности и, соответственно, праве на существование;

— общность договора и обычая выражается в наличии в международном праве смешанных, обычно-договорных норм. Международной практике государств известны многочисленные случаи, когда одни и те же правила поведения для одних государств существуют в договорной форме, а для других – в форме международных обычаев.

Вместе с тем договор и обычай имеют весьма существенные различия:

— договор всегда возникает из активных действий государств (или иных субъектов), направленных на достижение именного такого результата, как писанная норма. Обычай же может возникнуть не только из активных, но и из «молчаливых» акций, при отсутствии действий, например отсутствия возражений против практики государства или ряда государств;

— договор имеет чётко выраженный во времени процесс создания. Момент вступления договорной нормы в силу также определён во времени. В то же время, как правило, процесс становления обычая прослеживается с трудом, время его формирования может быть указано лишь приблизительно. Это обстоятельство, в свою очередь, весьма существенно затрудняет применение обычая при разрешении споров и разногласий, возникающих между субъектами международного права;

— факт существования конкретного договора, то есть писанной нормы, может быть подтверждён ссылкой на текст документа. Доказательством же существования обычной нормы служит исключительно практика государств или, в крайнем случае, наличие каких-либо косвенных признаков, например, использование преимуществ, вытекающих из существования обычая; включение обычая во внутреннее законодательство какого-либо государства или ряда государств; определённые акции, свидетельствующие о том, что государство требует от других субъектов выполнения и соблюдения данного обычая, а также такая своеобразная форма доказательства, как отсутствие протеста против определённый действий государств, применяющих обычай;

— договор всегда носит письменный характер, что обусловливает наличие согласованного текста, чётких логических связей, формулировок, определённой компактности, что даёт возможность его промульгации. Эти качества договоров обеспечивают быстрое их отыскание и применение, в отличие от обычая, не обладающего данными преимуществами;

— писаная норма подлежит толкованию в случае возникновения неясностей или осложнений при её применении; в случае несогласия с какими-то отдельными положениями такой нормы государство имеет возможность выразить свою особую позицию путём заявления оговорки по поводу содержания всей нормы или какой-то её части;

— обычай всегда идёт вслед за практикой, закрепляя сложившиеся нормы поведения, а писаная норма, напротив, в ряде случаев сама создаёт практику, устанавливая правила обязательного поведения государства в новых областях сотрудничества или внося изменения в предыдущие нормы;

— только с писаной нормой связано развитие международного современного права как кодификация. В настоящее время работы по кодификации охватили практически все отрасли и институты международного права.

Перечисленные различия свидетельствую в пользу договора как источника международного права, наиболее отвечающего потребностям государств, их интересам, целям дальнейшего развития самого международного права в настоящий период. В то же время нельзя не учитывать значение обычных норм, так как значительное число действующих сегодня договорных норм представляет собой проверенные временем кодифицированные обычаи.

Особенности создания и реализации международно-правовых обычных и договорных норм в сфере управления интернетом

Правоотношения в Интернете до сих пор не являются в достаточной мере урегулированными как на национальном, так и международном уровне. На сегодняшний день в международном праве отсутствует универсальное международно-правовое соглашение, которое могло бы урегулировать вопросы управления Интернетом. Проблема состоит не только в отсутствии консенсуса на межгосударственном уровне, но также в глобальном характере, многоуровневом и многостороннем участии в формирования правового регулирования отношений в Интернете. В процессе созидания международного права Интернета следует учитывать определенные факторы, влияющие на легитимность и последующую эффективность правового регулирования. Понимание и учет особенностей создания и применения международно-правовых обычных и договорных норм в сфере Интернета, а также их соотношения является важным для формирования международно-правового режима Интернета.

Актуальность темы исследования определяется не достаточной разработанностью теоретических подходов к регулированию Интернета, динамичностью этой сферы международного права, которая характеризуется постоянным и бурным развитием, а также отсутствием опыта комплексного правового регулирования многоуровневых транснациональных отношений в Интернете.

Состояние исследования. Общетеоретические вопросы соотношения источников международного права, обычных и договорных норм рассматривались в работах В. Г. Буткевича, В. А. Василенко, Г. М. Даниленко, Д. Б. Левина, И. И. Лукашука, М. А. Медведевой, В. В. Мицыка, В. Я. Суворовой, Л. Д. Тимченка, О. И. Тиунова, И. Г. Тункина, М. О. Ушакова. В контексте теории транснационального права (lex mercatoria), а также «международного права Интернета» вопросы соотношения обычных и договорных норм изучали Дж. Кулеша, М. Киттиманн, А. Мережко, П. Полански, Р. Уерпманн-Виттцак. Приверженцы теории спонтанного появления обычно-правовых норм и децентрализованного права Б. Бенсон, А. Грейф, Ф. Паризи, М. Стирнс, Л. Фюлер, М. Шубик и др. рассматривали особенности возникновения обычных норм в комплексе с проблемой эффективности их правоприменения. Создание и применение международно-правовых обычных норм, связанных с военными действиями в киберпространстве является одной из тем изучения в рамках международного гуманитарного права, что выходит за рамки предмета нашего исследования, ограниченного вопросами правового регулирования отношений в киберпространстве в мирное время.

Целью и задачей статьи является раскрытие особенностей создания и применения международно-правовых обычных и договорных норм в сфере Интернета, выявление факторов, влияющих на легитимность и последующую эффективность правового регулирования. Понимание и учет особенностей, а также их соотношения является важным для формирования международно-правового режима Интернета.

Изложение основного материала. В ст. 38 Статута Международного Суда ООН дается следующая характеристика: международный обычай – «доказательство всеобщей практики, признанной в качестве правовой нормы». Общепризнанным является положение, что обычай приобретает юридическое значение в результате совершения однородных или идентичных действий несколькими государствами и при наличии определенным образом выраженного ими намерения придать таким действиям нормативное значение.

По мнению П.П. Полански, роль обычая в механизме формировании наднационального права Интернета является важной для придания иным источникам транснациональной юридической силы. В частности, он выделяет такие источники права Интернета как спонтанно возникший обычай, соответствующие арбитражные решения и постановления национальных судов, общие принципы права Интернета и нормы, разработанные специализированными организациями, которые включают технические стандарты, модельные законы, модельные соглашения и базисные условия контрактов, а также некоторые обыкновения. Указанный автор далее аргументирует: « эти нормы независимо от источника их происхождения, должны быть широко применимы на практике, чтоб стать обязательными. Иными словами, они должны быть подтверждены или «удостоверены» обычаем. Только широкое признание этих норм на практике может поднять их до уровня глобального права Интернета. Различные источники транснационального права Интернета подлежат утверждению обычаем, без которого они не получат транснациональную обязательную силу» [1, c. 3].

Г.Н. Даниленко в целом критически оценивает эффективность международно-правовых обычных норм, что по его мнению связано с нечеткостью нормативного содержания обычая, неопределённостью сферы действий этих норм, их обязательности для тех или иных государств [2, c. 31-32].

По мнению И. И. Лукашука, обычай целесообразно разделять на два вида: традиционный и современный [3, 105]. При этом в формировании современного обычая ключевую роль играет opinion juris, т.е. всеобщее признание за обычаем правовой силы, а роль практики (usus) как элемента юридического состава отходит на второстепенный план

Между тем, такой количественный элемент для признания за обычаем юридической силы как длительность времени его применения в международном праве не определен. Французская юридическая доктрина традиционно исходит из необходимости соблюдения 40-летнего срока для возникновения международного обычая, немецкая доктрина требует, как правило, 30 лет [4, c. 605]. Интересно, что до Реформации, в каноническом праве требовалось прохождения периода между 10 и 20 годами для создания нового правила, если иное правило не действовало (praeter legem). А современное каноническое право признает необходимым период в 200-300 лет для создания дозволенного правила поведения [5, c. 48].

Читайте также  Адвокат талалуев юрий иванович отзывы

В современном международном праве временной фактор не является решающим для признания наличия или отсутствия обычной нормы. Подтверждением этому служит концепция «мгновенного обычая», возникшая в результате «мгновенного» признания государствами свободы использования космического пространства. Согласно теории спонтанного права, обычай относится к спонтанным нормам, которые признаются правовой системой и обеспечиваются исполнением как надлежащие правовые предписания [6, c. 603].

В доктрине права еще со времен Римской империи существует классификация обычаев в зависимости от их соотношения с писаным правом. Для нашего исследования этот вопрос важен для выяснения соотношения международно-правовых обычных и договорных норм в регулировании отношений в Интернете. Как известно, обычай может дополнять международное или национальное законодательство, там, где на него есть указание (consuetudo secundum legem), заполнять пробелы при отсутствии необходимого регулирования (consuetude praeter legem) или входить в противоречие с действующим законодательством (consuetudo contra legem).

В сфере торговых отношений, которые реализуются в Интернете (e-commerce), проявляются все три вида международно-правовых обычаев. П. Полански приводит в качестве примера существования обычаев secundum legem положения статьи 8 (3) Конвенции ООН о договорах международной купли-продажи товаров: «При определении намерения стороны или понимания, которое имело бы разумное лицо, необходимо учитывать все соответствующие обстоятельства, включая переговоры, любую практику, которую стороны установили в своих взаимных отношениях, обычаи и любое последующее поведение сторон» [7].

Второй вид обычая призван устранить юридическую неопределенность, которая существует вследствие отсутствия нормативно-правовых предписаний (praeter legem). В этом случае обычай призван служить основным источником права. По мнению П. Полански, примером существования такого вида обычая в так называемом, ‘Internet lex mercatoria, может быть обязанность соблюдать информационную безопасность при заключении сделок онлайн [8, c. 4].

Указанный вид обычая является перспективным для применения в транснациональном праве Интернета в связи з отсутствием на сегодняшний день международно-правовых договорных норм в сфере управления Интернетом. Как отмечает М. Киттиманн, «международное право Интернета также существенно воздействует на эволюцию международно-правовых обычных обязательств, которые ограничивают поведение государств в отношении Интернета. Это включает обязательства государства обеспечивать стабильность и функциональность Интернета, которые проистекают из принципов невмешательства и не-причинения вреда. Это подразумевается также как обязательства государств, исходящие из принципа предосторожности и принципа сотрудничества государств» [9, c. 168]. При этом следует, по нашему мнению, учитывать и тот факт, что формирование международно-правовых обычных норм в отношениях между государствами в сфере управления Интернетом создает основу для дальнейшего нормотворчества и их закрепления в международных договорах.

В тоже время иные обычаи, сформировавшиеся в транснациональных правоотношениях между пользователями Интернета, могут входить в противоречие с международно-правовыми договорными нормами. П. Полански приводит пример неограниченного доступа и свободной передачи (обмена, трансляции) информации в Интернете между пользователями, которые носят массовый и обычный характер, нарушая при этом положения национальных законодательств и международных договоров в сфере интеллектуальной собственности, в частности, так называемые, «Интернет – Соглашения» ВОИС 1996 г. [10]. В указанном случае на лицо существование consuetudo contra legem, в результате чего возник политико-правовой конфликт, выход из которого, удовлетворяющий обе стороны (правообладателей и пользователей Интернета), до сих пор не найден.

По нашему мнению, уместно говорить о формировании еще одного обычая contra legem в международном праве Интернета, который вступает в противоречие с действующими международными договорными нормами, в частности Венской Конвенцией о праве международных договоров 1969 г. [11].

Речь идет об обязанности привлечения гражданского общества и частного сектора для подготовки и принятия международно-правовых соглашений в сфере Интернета как равноправных сторон договорного процесса. Указанная Конвенция не предусматривает участие «заинтересованной общественности» в процессе подготовки, рассмотрения и принятия международных договоров. Рождение этого обычая произошло в международном праве охраны окружающей среды, и соответствующие положения включены в международно-правовые соглашения, в частности Орхусскую Конвенцию «О доступе к информации, участию общественности в принятии решений и доступе к правосудию по вопросам, касающимся окружающей среды» [12]. Признание обычая путем его закрепления в специальных международно-правовых договорных нормах, устраняет это противоречие.

В тоже время в сфере управления Интернетом, на сегодняшний день отсутствуют международно-правовые договора, а соответствующий обычай привлечения всех заинтересованных сторон для принятие решений, определяющих эволюцию и функционирование Интернета, сформировался во время проведения Всемирного Саммита по вопросам информационного общества (ВСИО: Женева, 2003 – Тунис, 2005). Подтверждением этому служит определение понятия «управление Интернетом», которое было утверждено на ВСИО: «34. Рабочее определение управления использованием интернета означает разработку и применение правительствами, частным сектором и гражданским обществом в рамках исполнения ими своих соответствующих ролей общих принципов, норм, правил, процедур принятия решений и программ, которые формируют условия для развития и использования интернета». Также было рекомендовано принять на всех уровнях подход с участием многих заинтересованных сторон (англ. multistakeholder approach). Последующие международные форумы, определяющие развитие Интернета, также проходили при равноправном участии правительств, гражданского общества и частного сектора.

Нарушение указанного процессуального обычая при подготовке международных соглашений, затрагивающих Интернет, уже имело негативные последствия в виде негативной реакции международной общественности и как следствие отсутствие консенсуса при принятии новой редакции Регламента международной электросвязи на конференции Международного союза электросвязи в Дубае в декабре 2012 года. Ранее провалом окончилась попытка присоединения Европейского Союза к международному соглашению АСТА (Торговое соглашение против контрафакта), которым ужесточалась ответственность за «Интернет-пиратство». В то время как Европейская Комиссия без общественного обсуждения приняла законопроект о ратификации АСТА, Парламент ЕС прислушавшись к мнению общественности, отклонил его в июле 2012 года. Хотя формальных нарушений положений Венской Конвенции о праве международных договоров при присоединении к АСТА не существовало, отсутствие участия общественности в указанном процессе лишило его легитимности вследствие нарушения обычной нормы о многостороннем участии в управлении Интернетом.

Выводы. Таким образом, роль обычая в развитии международного права Интернета является значимой как для урегулирования отношений, еще не охваченных международно-правовыми договорами, так и для формирования основы для их упорядочения международно-правовыми договорными нормами. Обычаи, сформировавшиеся в транснациональном праве Интернета между его пользователями, могут входить в противоречие с международно-правовыми договорными нормами. Существующие противоречия между обычными и договорными нормами в сфере управления Интернетом должны решаться путем закрепления обычных норм в международно-правовых договорах, заключаемых при равноправном участии правительств, гражданского общества и частного сектора как субъектов транснационального права Интернета. При соблюдении указанных условий, будет гарантирована легитимность соответствующих международно-правовых договорных норм, а их реализация будет эффективной.

Список использованной литературы:

Международное право. Лебединец И.Н.

Международное право

Международное право является особой системой права, существующей наряду с системой национального права. Особенности международного права заключаются в следующем:

1. Международное право регулирует общественные отношения межгосударственного характера, выходящие за рамки государственных границ и не входящие во внутреннюю компетенцию государства.

2. Нормы международного права создаются самими субъектами международного права на основе свободного волеизъявления равноправных участников международного общения.

3. Обеспечение исполнения международно-правовых норм производится самими субъектами международного права (индивидуально – через институт международно-правовой ответственности, либо коллективно – через Международный Суд ООН, санкции Совета Безопасности ООН, различные комитеты и комиссии).

4. Источники международного права создаются самими субъектами международного права путем свободного согласования воль и существуют в виде международных договоров и международных обычаев.

5. Субъектами международного права являются суверенные государства; нации и народы, борющиеся за свою независимость и самоопределение; международные межправительственные организации; государственно-подобные образования.

Данные особенности коренным образом отличают систему международного права от системы внутригосударственного права.

Однако у международного и внутригосударственного права есть и общие черты, присущие им как системам права. Основными из них являются следующие:

1. Обе эти системы представляют собой совокупность юридических принципов и норм, выполнение которых может обеспечиваться в принудительном порядке.

2. Системы обладают сходной структурой: в обеих имеются основные принципы, обе делятся на отрасли и институты, первичным элементом обеих систем является норма права.

Существует множество теорий, касающихся природы соотношения внутригосударственного и международного права. Приведем некоторые из них.

Дуалистическая и монистическая теории. Оба эти направления исходят из того, что существует общая сфера, в которой международно-правовые и национально-правовые нормы могут действовать одновременно в отношении одного и того же предмета и проблема заключается в том, какое же право должно при этом превалировать.

Дуалистическая доктрина указывает на существенное различие между международным и внутригосударственным правом., которое, прежде всего, заключается в том, что эти две системы имеют разный предмет регулирования. Международное право есть право, регулирующее отношения между суверенными государствами; внутригосударственное право действует в пределах государства и регулирует отношения его граждан друг с другом и с исполнительной властью.

Согласно такой концепции, ни один правопорядок не может создавать или изменять нормы другого. В случае коллизии международного и внутригосударственного права сторонник дуалистической теории стал бы исходить из того, что национальный суд применит национальное право. Даже когда внутригосударственное право прямо предусматривает, что международное право в целом или в какой-либо его части подлежит применению в данной стране, это всего лишь проявление главенства внутригосударственного права, принятие или трансформация норм международного права (Триппель, Струп, Оппенгейм).

Монизм представлен рядом юристов, теории которых существенным образом отличаются друг от друга. Так, в трудах английского ученого Лаутерпахта монизм принимает форму утверждения примата международного права даже во внутригосударственной сфере наряду с хорошо разработанной концепцией индивида как субъекта международного права. По этой теории внутригосударственному праву отводится весьма незначительная роль, международное же выступает как самый лучший регулятор «человеческих дел, а также логическое условие правового существования государств», а следовательно, и национальных правовых систем в сфере юридической компетенции государств.

По мысли же Кельзена, научной основой монизма является положение, согласно которому международное право и внутригосударственное право представляют собой часть одной и той же системы норм, сила и содержание которых логически вытекают из некой основной нормы.

Сторонники теории координации (Фицморис, Руссо) оспаривают дуалистическую и монистическую концепции, предполагающие общую сферу деятельности как у международного, так и внутригосударственного права. По их мнению, международное право есть право координации, не предусматривающее автоматической отмены внутренних норм, противоречащих обязательствам в международном плане.

Проведя сравнительный анализ систем международного права и внутригосударственного права, выявив особенности первой, можно сказать, что международное право – это особая система права, представляющая собой совокупность международно-правовых принципов и норм, создаваемых самими субъектами и регулирующих отношения между государствами, нациями и народами, борющимися за свою независимость, международными организациями и государственно-подобными образованиями.

Система международного права представляет собой совокупность внутренне взаимосвязанных элементов: общепризнанных принципов и норм международного права (договорных и обычных), институтов международного права. В различных сочетаниях вышеупомянутые элементы системы составляют отрасли международного права.

Ядром системы международного права являются основные п р и н -ц и п ы, представляющие собой основополагающие нормы международного права, нормы jus cogens, носящие универсальный характер и обладающие высшей юридической силой. К ним относятся:

– запрещения применения силы и угрозы силой;

– мирного разрешения споров; нерушимости государственных границ;

– территориальной целостности государств;

– всеобщего и полного разоружения;

– уважения государственного суверенитета;

– невмешательства во внутренние дела государств;

– добросовестного выполнения международных обязательств;

– суверенного равенства государств;

– равенства и самоопределения народов и наций;

– уважения прав и основных свобод человека;

– защиты окружающей среды;

Основным элементом системы, «строительным материалом», являются н о р м ы международного права, которые представляют собой правила поведения субъектов международного права, устанавливаемые и обеспечиваемые ими самими.

Классификацию международно-правовых норм можно провести по нескольким основаниям:

— по юридической силе различают императивные и диспозитивные номы международного права.

И м п е р а т и в н ы е нормы, или как их еще называют, нормы jus cogens, — это нормы, от которых субъекты международного права не могут отступать даже по взаимному соглашению. Если международный договор противоречит императивным нормам международного права, то он юридически ничтожен.

Такое положение зафиксировано в ст. 53 Венской конвенции о праве международных договоров 1969г., которая гласит: «Договор является ничтожным, если в момент заключения он противоречит императивной норме общего международного права… Императивная норма общего международного права является нормой, которая принимается и признается международным сообществом государств в целом как норма, отклонение от которой недопустимо и которая может быть изменена только последующей нормой общего международного права, носящей такой же характер».

Читайте также  Возвратные накладные какая служба делает

К императивным нормам международного права относят основные принципы международного права, специальные(отраслевые) принципы (например, принцип свободы открытого моря, принцип неотъемлемого суверенитета государств над своими природными богатствами и ресурсами и т.д.) и некоторые другие нормы (например, нормы о дипломатических привилегиях и иммунитетах).

Д и с п о з и т и в н ы е — это такие нормы, от которых государства могут отступать по взаимному соглашению. Они являются обязательными, однако заинтересованные государства могут заключать договоры, устанавливающие иные нормы, действовать в соответствии с ними и такое поведение будет правомерным, если не наносит ущерб интересам других государств.

— по кругу участников нормы международного права делятся на многосторонние и двусторонние. Так, например, Договор о нераспространении ядерного оружия 1968г. содержит м н о г о с т о р о н — н и е нормы, а Договор между СССР и США о ликвидации ракет средней и меньшей дальности 1987г. – д в у с т о р о н н и е.

— по функциональной направленности нормы международного права можно разделить на универсальные и локальные.

У н и в е р с а л ь н ы е нормы связаны с общечеловеческими интересами и всегда многосторонни. Они должны быть приняты большинством государств. Универсальные нормы международного права содержаться в Уставе ООН 1945г., Женевских конвенциях о защите жертв войны 1949г. и др.

Л о к а л ь н ы е нормы регулируют отношения, тесно связанные с интересами государств, создающих эти нормы. Это могут быть и два государства (например, Договор между РФ и США о дальнейшем сокращении и ограничении стратегических наступательных вооружений (СНВ –2) 1993г.) и группа государств, как правило, одного географического региона (например, договоры, заключаемые государствами-участниками ЕС). Поэтому локальные нормы могут быть как двусторонними, так и многосторонними.

Нормы международного права образуют институты и отрасли международного права, которые, в свою очередь, также являются элементами системы международного права.

О т р а с л и международного права регулируют крупные «блоки» международных отношений определенного вида и представляют собой совокупность международно-правовых институтов и норм, регламентирующих более или менее обособленные отношения, отличающиеся качественным своеобразием (например, право международных организаций, международное морское право, право международных договоров, право внешних сношений и т.д.).

И н с т и т у т международного права представляет собой группу международно-правовых норм, регламентирующих более или менее однородные отношения. Эти отношения, хотя и отличаются качественным своеобразием, тем не менее не могут получить статус правовой отрасли.

Институты делятся на отраслевые и межотраслевые.

К межотраслевым институтам относятся институты, значительная часть международных норм которых входит в состав двух или нескольких отраслей (например, институт международно-правовой ответственности, институт правопреемства).

Нормы отраслевого института складываются в пределах отдельных отраслей, охватывая те или иные их подразделения ( так, например, в международном морском праве можно выделить группы норм, регулирующих правовой режим территориального моря, экономической зоны, континентального шельфа, правовой режим открытого моря и т.д.).

В единое целое элементы системы международного права объединяет предмет и метод правового регулирования.

П р е д м е т о м правового регулирования в международном праве являются межгосударственные отношения, возникающие в той или иной сфере международной жизни. А м е т о д о м правового регулирования является метод согласования воль государств и других субъектов международного права.

Источники международного права можно определить как формы, в которых существуют нормы международного права, т.е. как результат процесса создания таких норм.

В процессе создания норм международного права государства выступают как суверенные и равноправные субъекты. Поэтому их воли юридически равнозначны. Юридическое равенство государств в процессе создания норм международного права означает, что большинство государств не вправе создавать нормы, обязательные для меньшинства, и пытаться навязать их другим государствам.

Результатом согласования воль государств является международный договор и международный обычай.

Международный д о г о в о р – это соглашение между двумя или несколькими государствами или иными субъектами международного права, устанавливающее их взаимные права в политических, экономических или иных отношениях, заключенное, как правило в письменной форме и регулируемое международным правом.

Устные международные договоры на практике встречаются крайне редко и называются «джентельменскими соглашениями».

Международный договор может именоваться по-разному – соглашение, конвенция, пакт, акт, договор и т.д.

Международный договор состоит из преамбулы (определяет мотивы, цели договора), основной части (предмет договора, права и обязанности сторон, контрольный механизм) и заключительной части (порядок вступления договора в силу, срок его действия, порядок продления и т.д.). Договор может иметь приложения, конкретизирующие его основные положения и обладающие одинаковой юридической силой с текстом самого международного договора.

По числу участников международные договоры делятся на двусторонние и многосторонние; по сфере действия – на универсальные, региональные и локальные; по вопросам присоединения – на открытые (к ним может присоединиться любое государство в порядке, предусмотренном в самом договоре) и закрытые (к такому договору можно присоединиться только с согласия его участников).

Международный о б ы ч а й – доказательство всеобщей практики государств, признанной в качестве правовой нормы. Такое определение международного обычая дается в ст.38 Статута Международного Суда ООН.

Всеобщая практика является первым этапом создания обычно-правовых норм. Всеобщая практика не обязательно означает практику всех государств. Нередко государства по тем или иным причинам не могут иметь практики по некоторым вопросам (например, государства, не имеющие выхода к морю).

В результате первого этапа согласования воль государств образуется обыкновение, т.е. правило поведения, которому обычно следует государство, но которое еще не является правовой нормой. Обыкновение – это общая практика, которая не отражает правового обязательства (примером в данном случае могут служить морские церемониалы).

Для того, чтобы стать нормой международного права, обыкновение должно пройти второй, заключительный этап, состоящий в согласовании воль государств относительно признания обыкновения в качестве правовой нормы.

Обыкновение становится нормой международного права только после того, как два или более государств признали его в этом качестве. Таким образом, обыкновение признается нормой международного права путем согласования воль государств.

При формировании обычной нормы элемент времени (в отличие от формирования обыкновения) не играет существенной роли. Обычная норма может складываться в течение длительного времени, а может образовываться достаточно быстро.

Обычно-правовые нормы чаще всего встречаются в праве внешних сношений (главу правительства одного государства встречает глава правительства другого государства) и морском праве (торговое судно одного государства приветствует военное судно другого государства первым путем приспускания флага до половины флагштока).

На сегодняшний день государства все больше предпочитают договорный способ создания норм международного права, обладающего рядом преимуществ по сравнению с обычным:

договорный процесс идет быстрее; согласование воль государств носит ярко выраженный характер;

договорный процесс дает возможность всем государствам участвовать в создании норм международного права, обсуждать затрагиваемые проблемы, сознательно, постепенно согласовывать позиции.

Эти аспекты слабее представлены в обычном процессе создания норм.

Примерные темы курсовых работ

  1. Международное публичное и международное частное право
  2. Кодификация и прогрессивное развитие международного права
  3. Роль российского государства в развитии международного права
  4. Понятие и правовое значение принципов международного права
  5. Применение силы и Совет Безопасности ООН
  6. Самооборона и Международный суд ООН
  7. Превентивная (упреждающая самооборона): к правомерности концепции
  8. Вопросы применения силы в практике Международного суда ООН
  9. Принцип мирного решения международных споров
  10. Принцип pacta sunt servanda
  11. Принципы разрешения территориальных споров (по практике Международного суда ООН)
  12. Соотношение принципа территориальной целостности государств и принципа самоопределения наций
  13. Понятие, признаки и виды субъектов международного права
  14. Нейтралитет в международном праве
  15. Правопреемство государств: общие вопросы
  16. Правопреемство государств применительно к распаду СССР
  17. Суверенитет и наднациональность: соотношение понятий
  18. Государствоподобные образования как субъекты международного права (исторические прецеденты и современность)
  19. Правовые формы колониальной зависимости
  20. Международный договор — источник международного права
  21. Международно-правовой обычай
  22. Общие принципы права как источник международного права
  23. Элементы международно-противоправного деяния
  24. Обстоятельства, исключающие противоправность
  25. Формы возмещения вреда
  26. Контрмеры
  27. Вопросы ответственности международных организаций
  28. Понятие международной межправительственной организации
  29. Членство в международной организации
  30. Роль и значение Постоянной палаты международного правосудия
  31. Совет Безопасности ООН
  32. Генеральная Ассамблея ООН
  33. Специализированные учреждения ООН
  34. Юридическая сила решений международных организаций
  35. Правовая природа Британского содружества наций
  36. Международные организации и объединения на постсоветском пространстве
  37. Заключение международных договоров
  38. Способы выражения согласия на обязательность договора
  39. Депозитарий международного договора
  40. Презумпция действительности и основания недействительности международного договора
  41. Прекращение и приостановление действия международного договора
  42. Вступление в силу и временное применение договоров
  43. Толкование международного договора
  44. Виды и функции дипломатических представительств
  45. Привилегии и иммунитеты сотрудников диппредставительства
  46. Консульские привилегии и иммунитеты
  47. Организация Договора о коллективной безопасности
  48. Ядерное разоружение
  49. Ядерное нераспространение
  50. Безъядерные зоны
  51. Международно-правовое регулирование гражданства
  52. Международно-правовое регулирование прав иностранцев
  53. Универсальная система защиты прав человека
  54. Европейская система защиты прав человека (Совет Европы, ЕС, ОБСЕ)
  55. Защита прав человека в Азиатско-тихоокеанском регионе
  56. Правомерные международно-правовые основания для ограничения прав и свобод человека и пределы их действия
  57. Исторические формы механизмов защиты прав человека: петиционная, судебная, смешанная
  58. Проблема защиты прав человека в деятельности МОТ
  59. Защита социально-экономических прав человека в международном праве
  60. Международно-правовое регулирование миграции
  61. Международно-правовое положение беженцев
  62. Международно-правовая защита прав детей
  63. Международно-правовоая защита прав женщин
  64. Понятие международной уголовной юстиции и ее роль в обеспечении безопасности государств, личности, международного сообщества
  65. Правовая основа и юрисдикция органов международной уголовной юстиции
  66. Проблема соотношения юрисдикции международных и национальных уголовных судов
  67. Иммунитеты высших должностных лиц государства и ответственность за международные преступления в практике международных и национальных судов
  68. Актуальные вопросы принципы aut dederе aut judicare (работа комиссии международного права)
  69. История международной уголовной юстиции до Второй мировой войны
  70. Международный военный трибунал (Нюрнбергский): правовая основа, юрисдикция, процесс
  71. Трибунал для Дальнего Востока (Токийский): правовая основа, юрисдикция, процесс
  72. Международный уголовный трибунал для бывшей Югославии (МТБЮ): правовые проблемы
  73. Международный уголовный трибунал по Руанде (МУТР): правовые проблемы
  74. Международный уголовный суд: история создания и правовая основа
  75. Международные суды со смешанной правовой природой (на примере Специального суда по Сьерра-Леоне, специального трибунала по Ливану, иные)
  76. Юрисдикция Международного уголовного суда
  77. Понятие и виды международных преступлений, совершенных индивидами
  78. Агрессия как преступление индивида
  79. Преступление геноцида в современном международном праве
  80. Преступления против человечности
  81. Международный терроризм как международное преступление
  82. Организационная структура международных уголовных судов
  83. Принципы международного уголовного процесса
  84. Соотношение юрисдикции международных уголовных судов и национальных юрисдикций
  85. Проблемы имплементации Римского Статута МУС
  86. Выдача (передача) лиц, подозреваемых в совершении преступлений МУС
  87. Сотрудничество государств с МУС
  88. Порядок и стадии международного уголовного судебного разбирательства
  89. Условия наступления юрисдикции МУС
  90. МУС и вопросы включения новых видов преступлений в его юрисдикцию
  91. Международная правосубъектность МУС
  92. Защита прав потерпевших в МУС
  93. Деятельность МУС на современном этапе
  94. Ответственность за пиратство в международном праве
  95. Проблематика создания международного трибунала по пиратству
  96. Принцип недискриминации и принцип наибольшего благоприятствования в международном экономическом праве
  97. Всемирная торговая организация: структура и компетенция
  98. Международные межправительственные экономические организации азиатско-тихоокеанского региона
  99. АТЭС
  100. Актуальные вопросы деятельности ЕврАзЕС
  101. ДЭХ правовая природа и значение
  102. Международно-правовое регулирование торговли энергоресурсами
  103. Правовое регулирование энергетической сферы в рамках Европейского союза
  104. Правовые последствия начала и окончания вооруженных конфликтов
  105. Международный Комитет Красного Креста: история образования, функции, правовой статус
  106. Понятие интернационализированного вооруженного конфликта
  107. Международно-правовые обязательства государства в случае возникновения вооруженного конфликта немеждународного характера
  108. Превентивная самооборона: международно-правовая квалификация
  109. Защита прав детей в международных вооруженных конфликтах
  110. Обычное оружие и международное право
  111. Запрещение химического и бактериологического оружия
  112. Международно-правовой статус Арктики
  113. Международно-правовой режим Антарктики: современные тенденции и перспективы
  114. Современное понятие и режим международных рек
  115. Международно-правовые вопросы использования международных рек (на примере одной или нескольких (Дунай, Рейн, Амур, Саар, Нигер и др))
  116. Применение мирных средств при разрешении территорильных споров (на примере одного или нескольких споров в Азии, Европе, Америке, Африке)
  117. Границы в международном праве
  118. Международно-правовые основания владения Россией Курильскими островами (Итуруп, Кунашир, Шикотан и Хабомаи) и притязаний Японии
  119. Современные проблемы международно-правового режима морских пространств (внутренние морские воды, территориальное море, архипелажные воды — по выбору)
  120. Исключительная экономическая зона: международно-правовой режим природных ресурсов
  121. Принцип свободы открытого моря
  122. Международно-правовой режим континентального шельфа
  123. Район морского дна: проблемы Международно-правового режима
  124. Международно-правовое регулирование сооружения и эксплуатации морских искусственных островов, установок и сооружений
  125. Вопросы международно-правового регулирования поиска и поднятия «морских сокровищ»
  126. Международно-правовой режим Беренгова моря
  127. Международно-правовой статус и режим Азовского моря
  128. Правовой режим международных проливов (Черноморские проливы, Балтийские проливы и др — по выбору)
  129. Международно-правовой режим каналов
  130. Международная морская организация (ИМО: структура и роль в регулировании международных отношений
  131. Международно-правовые проблемы регулирования использования и охраны трансграничных живых морских ресурсов (анадромные и катадромные, трансграничные, трансзональные и мигрирующие виды)
  132. Международно-правовое регулирование научных исследований мирового океана
  133. Способы и методы делимитации морских пространств: практика разрешения споров
  134. Система принципов международного права окружающей среды
  135. Принцип суверенитета государства над своими природными ресурсами и богатствами
  136. Международно-правовое регулирование химического загрязнения окружающей среды
  137. Международно-правовое регулирование использования современных биотехнологий
  138. Международно-правовой режим использования и охраны подземных вод
  139. ЮНЭП: правовая природа и деятельность
  140. Международно-правовая охрана нематериального культурного наследия (работа ЮНЭСКО)
  141. Понятие и предмет международного воздушного права
  142. Правовое регулирование воздушного транспорта в рамках Европейского союза
  143. Условия доступа авиапредприятий к рынкам авиаперевозок
  144. Правовой статус воздушного пространства
  145. Правовой статус космического пространства и небесных тел
  146. Проблемы ответственности государств в международном космическом праве
  147. Международная организация гражданской авиации (ИКАО) и ее роль в развитии международного воздушного права
  148. Лиссабонский договор: компетенция Европейского союза
  149. Суд Европейского союза
  150. Реформа организационной структуры ЕС по Лиссабонскому договору
  151. Проблемы Соглашения о партнерстве ЕС — Россия
  152. Правовые акты Европейского союза (сравнение положений Ниццкого и Лиссабонского договоров)
  153. Европейский союз: компетенция в области внешней политики
  154. Европейский союз: сотрудничество в области внутренних дел и юстиции
  155. История кафедры международного права Московского университета
  156. Вклад М. Н. Капустина в развитие науки международного права
  157. Работа Л. А. Камаровского «О международном суде» и ее влияние на практику учреждения и деятельности международных судов
  158. Вопрос о международной правосубъектности в работах А. Л. Байкова
  159. Концепция Е. А. Коровина о международном праве переходного периода
  160. Роль России и СССР в развитии международного права в работах Ф. И. Кожевникова
  161. Теория согласования воль Г. И. Тункина
  162. Вклад Е. А. Шибаевой в развитие права международных организаций
  163. Теоретическое и практическое значение работ А. Н. Талалаева по праву международных договоров
Читайте также  Как узнать где выписан штраф автомобильный

Вопросы про международный обычай

Заслуженный юрист Российской Федерации
Член Арбитражного суда ICC (2001-2015)
Зам.председателя Арбитражной комиссии ICC Russia
Член Комиссии ICC по коммерческому праву и практике
Член Арбитражной комиссии ICC
В ноябре 2010 г. прошла обучение в ICC и получила сертификат аттестованного
тренера по Инкотермс 2010

член Королевского института арбитров (СIArb, Лондон)
член Президиума Международного коммерческого арбитражного суда при ТПП РФ

включена в список арбитров и принимает участие в разрешении споров в:
МКАС при ТПП РФ, в МАС при ТПП Беларуси, МКАС при ТПП Молдовы, МКАС при ТПП Украины, в Международном третейском суде Киргизии, МКАС при ТПП Сербии, МКАС при ТПП Болгарии, в Южно-Китайской международной экономической и торговой арбитражной комиссии/ Шэньчженьский Международный арбитражный суд

включена в список третейских судей и принимает участие в разрешении споров в: в Арбитражном центре при Российском союзе промышленников и предпринимателей.

член Научно-консультативного совета при Верховного Суде Российской Федерации
член Научно-консультативного совета по вопросам международного права при Министерстве юстиции Российской Федерации
член Научно-консультативного совета при Арбитражном суде Московского округа

член Российского центра содействия третейскому разбирательству споров
член Российской Ассоциации международного права

Включена в международное издание the International Who’s Who of Business Lawyers, Commercial arbitration 2014, а также в the International Who’s Who of Business Lawyers, CIS Commercial arbitration 2010. Согласно исследованию, проведенному в 2014 году изданием Global Arbitration Review, является одним из одиннадцати наиболее авторитетных арбитров из России

Специализация: международное частное право, договорное право, международные коммерческие контракты, международный коммерческий арбитраж и третейский суд,, международно-правовая унификация коммерческих контрактов, международное инвестиционное право.

В качестве арбитра участвовала в разрешении споров между российскими и иностранными хозяйствующими субъектами в Арбитражном суде МТП, в Арбитражном институте Стокгольмской торговой палаты, в арбитраже ad hoc по Арбитражному Регламенту ЮНСИТРАЛ

Преподавание:
Юридический факультет Университета Лапландии, Финляндия, приглашенный профессор, 2006-2009, «Унификация права международных контрактов, договорное и внешнеторговое право России и стран СНГ» (на англ. яз.)
1998 – 2005, Программа DESS «Товарообмен и переговоры с Восточно-европейскими странами», Университет Париж 12, приглашенный профессор, «Предпринимательское право в России и странах СНГ» (на франц.яз.)
2000 – 2002, Франко-российский магистр международного менеджмента, Институт администрирования предприятий, Нанси, Франция, приглашенный профессор, «Унификация права международных контрактов и Российское договорное право»

Более 130 публикаций объемом свыше 300 п.л.

Монографии:
Договорное право в международном обороте. М., «Статут», 2002. 33 п.л.;
Инкотермс 2000. Научно-практический комментарий. М., «Статут», 2008, 30 п.л.

Соавтор опубликованного в 1994г. первого в России Комментария к конвенции ООН о договорах международной купли-продажи товаров (Венской конвенции). М. «Юрид.лит.», 1994,
Один из переводчиков книги К.Шмиттгоффа Экспорт: Право и практика международной торговли. М., «Юрид.лит.», 1993 .
Соавтор Комментария к Гражданскому кодексу Российской Федерации. Часть третья. Раздел VI «Международное частное право». Комментарии к ст.ст. 1214, 1215, 1217. Отв. ред. д.ю.н. Н.И. Марышева. 3-е изд. М.: «Юридическая фирма «Контракт», 2010.
Соавтор Комментария к Гражданскому кодексу Российской Федерации. Часть третья (постатейный). Комментарии к ст. 1208, 1209. Отв. ред. Л.П. Ануфриева. М.: «Волтерс Клувер», 2004.
Соавтор Комментария к закону РФ «О международном коммерческом арбитраже, Библиотека журнала «Третейский суд». Под ред. А.С. Комарова, С.Н. Лебедева, В.А. Мусина. Комментарии к ст. 18, 31-33.
Соавтор Комментария к Закону РФ «О третейских судах в Российской Федерации». Отв. ред. А.Л. Маковский, Е.А. Суханов. М. «Статут». 2003. Комментарии к ст. 4, 26-28.

Соавтор Научно-практического комментария к Регламенту МКАС. Отв. ред. А.С. Комаров. М. Инфотропик Медиа, 2012 (1,5 п.л.)

Автор многочисленных статей по тематике международных коммерческих контрактов и международного коммерческого арбитража. В частности,
Применение Гражданского кодекса РФ в практике МКАС при ТПП РФ («Хозяйство и право», 2003, № 3).
Альтернативные способы разрешения споров («Закон», 2003, № 12),
Применение Инкотермс в практике МКАС при ТПП РФ («Международный коммерческий арбитраж», 2004, № 1).
Арбитражное соглашение («Третейский суд», 2004, № 35),
Об одной из разновидностей участников международного коммерческого оборота («Цивилист», 2007, № 1).
Влияние международно-правовых документов на национальное правовое регулирование // в кн. Liber Amicorum in honour of Dobrosav Mitrovič. Beograd, 2007 (1 п.л.)
Расширение регуляторов международных контрактных отношений // в кн.: Международное публичное и частное право: проблемы и перспективы. Liber Amicorum в честь профессора Л.Н. Галенской. Под ред. С.В. Бахина. СпБ, Издательский дом С-Петерб. ун-та, Издательство юридического факультета. С.-Петербург, 2007 (0,9 п.л.).
Является ли форс мажор форс мажором? // «Хозяйство и право», 2008, № 4 (0,7 п.л.)
К годовому собранию Третейского суда «Газпром» // «Третейский суд», 2009, № 1, (0,8 п.л.).
Конвенция ООН о договорах международной купли-продажи товаров в арбитражной практике МТП. – в кн. Венская конвенция о договорах международной купли-продажи товаров. Практика применения в России и за рубежом. М. Волтерс Клувер, 2007 (1 п.л.).
. Роль МКАС при ТПП РФ в становлении и развитии современного коллизионного регулирования договорных отношений с иностранным элементом. – в кн. Международный коммерческий арбитраж: современные проблемы и решения. Сборник статей к 75-летию МКАС при ТПП РФ. Под ред. А.С. Комарова. М. «Статут». 2007 (1 п.л.).
Arbitration Agreement and its Impact upon the Efficiency of Dispute Resolution in International Commercial Arbitration. – Baltic Yearbook of International Law, vol. 8, 2008. IDC Publishers, 2008, pp. 677-871 (1 п.л.)
Guide to National Rules of Procedure for Recognition and Enforcement of New York Convention Awards. – ICC International Court of Arbitration Bulletin. Special supplement. ICC Publication № 727E. Paris, 2009. National Report on Russia. Pp. 250-254, 2-е изд. 2013, рр….
Improvement of the Civil Code of the Russian Federation and Its Impact on Arbitration Practice. – in Between East and West: Essay in honour of Ulf Franke. Kai Hober, Annette Magnusson, Marie Öhrström editors. Juris Net, LLC, 2010. ( 0,8 п.л.).
Влияние процедуры банкротства на рассмотрение споров в МКАС при ТПП РФ. — Основные проблемы частного права. Сборник статей к юбилею д.ю.н., профессора А.Л. Маковского. М.: «Статут», 2010, сс.511-526 (0,7 п.л.).
Bankruptcy and Dispute Resolution in the International Commercial Arbitration Court at the Chamber of Commerce and Industry of the Russian Federation. — Festschrift to Gustaf Möller. — published by Juridiska Foreningen i Finland, JFT Issue 4-5 2011, Vammala 2011, 1,0 п.л.
Из практики МКАС при ТПП РФ по разрешению споров с хозяйствующими субъектами Республики Казахстан. Актуальные проблемы частного права. Liber Аmicorum в честь академика М.К.Сулейменова. Алматы, 2011, сс. 462-479 (0,8 п.л.)
Предисловие Н.Г. Вилковой к кн.: Швейцарский обязательственный закон. Федеральный закон о Предисловие дополнении Швейцарского гражданского кодекса (часть пятая: Обязательственный закон): от 30 марта 2011 г. (по состоянию на 1 марта 2012 г.). Пер. с нем., фр. Гайдаенко Шер Н.И., Шер М.). – М.: «Инфотропик Медиа, 2012, сс. (0,3 п.л.).
Интервью к 80-летию МКАС при ТПП РФ. – «Третейский суд», 2012, № 3 сс. 19-27 (0,9 п.л.)
Пределы процессуальной свободы сторон в международном арбитраже, или являются ли стороны хозяевами арбитражного процесса? – в кн. Международный коммерческий арбитраж. Сборник статей к 80-летию МКАС при ТПП РФ / Под ред. А.А. Костина. М.: «Статут», 2012, сс. 51-67 (0,9 п.л.).
Влияние международно-правовых инструментов на развитие российского международного частного права. Кн. первая: монография / под ред. М.М. Богуславского, А.Г. Лисицина-Светланова, А.Трунка. – М.: Норма, 2013, сс. 193-206 (0,8 п.л.)
Саморегулирование сторонами международных контрактов своих отношений – один из элементов современного lex mercatoria / Трансграничный торговый оборот и право. Liber Amicorum в честь 50-летия А.Н. Жильцова. / М.: Инфотропик Медиа, 2013, 1 п.л.
Значение расширения понятия «обычай» в Гражданском кодексе РФ. — «Хозяйство и право», 2014, № 4
Глобальное контрактное право: миф или реальность? – Международное экономическое право в эпоху глобализации Liber Amicorum в честь 60-летия профессора В.М.Шумилова. Сборник статей. Вып. 54. М.: ВАВТ, 2014, с 8 – 17.
Право собственности в международном частном праве Российской Федерации //Международный коммерческий арбитраж и вопросы частного права: Сборник статей. Сост. и отв.ред. И.П.Грешников. М.: Статут, 2015, 0,5 п.л.
Актуальные вопросы применения правил толкования международных торговых терминов Инкотермс. / «Хозяйство и право», 2015, № 10 2 п.л.
От глобального контрактного права к глобальному применимому праву. / Актуальные правовые аспекты современной практики международного коммерческого оборота: Сборник статей / М.П. Бардина, В.В. Безбах, Г.Н. Буднева и др.; под общ. ред. А.С. Комарова. М.: Статут, 2016. 0,5 п.л.
Инкотермс и национальное законодательство (на примере ГК РФ). Таджикистанский ежегодник международного публичного и международного частного права. 2016. Душанбе. Издательство «Эр Граф». 544 с. Сс. 297-312. 0,8 п.л.
От глобального контрактного права к глобальному применимому праву // Современные правовые аспекты современной практики международного коммерческого оборота: Сборник статей. М.: Статут, 2016. Сс. 43-54
Переход рисков при исполнении договора международной купли-продажи // in Memoriam В.А. Кабатов, С.Н. Лебедев. Сборник воспоминаний, статей, иных материалов. М.: Статут, 2017, стр. 408-427, 1 п.л.
Применение Принципов международных коммерческих договоров УНИДРУА в практике государственных арбитражных судов Российской Федерации // Развитие юридической науки в современных условиях: теория и практика. VI Международная научно-практическая конференция. Душанбе, 31 октября 2018 г. Ежегодный сборник докладов, Душанбе, 2018, с. 148-153.

Соавтор Комментариев к законодательству:

Комментарий к Конвенции ООН 1980 г. о договорах международной купли-продажи товаров. Комментарии к ст. 25-34. М.Межд.отношения, 1994

Комментарий к части третьей ГК РФ. Под ред. К.Б.Ярошенко и Н.И.Марышевой. Комментарии к ст. 1214, 1215 и 1217. М. Норма, 2014

Комментарий к Закону РФ «О международном коммерческом арбитраже»: постатейный научно-практический комментарий. Под ред. А. С. Комарова, С,Н. Лебедева, В.А. Мусина. СПб.: АНО «Редакция журнала «Третейский суд». 2007. Библиотека журнала «Третейский суд». Вып. 2. «Международный коммерческий арбитраж. Комментарий законодательства». Комментарий к ст. 18, 31-33 Закона (2 п.л.).

Комментарий к части 3 Гражданского кодекса Российской Федерации. Комментарии к ст. 1208,1209. М.Волтерс Клувер, 2004

Переводчик:
Инкотермс 2010. Публикация ICC № 715. М.: Инфотропик Медиа 2011
Инкотермс 1990 и 2000
Комментарии проф. Я.Рамберга к ИНКОТЕРМС 1990, 2000 и 2010 (публикации ICC № 461, 620 и 720Е).
Инкотермс 2020, Публикация ICC: 723E. М. ICC Russia, 2019

Типовых контрактов ICC: Типовой коммерческий агентский контракт МТП (1-е издание — публикация № 496, 2-е издание – публикация № 644),
Руководство МТП по составлению коммерческих агентских контрактов (публикация № 410),
Типовой дистрибьюторский контракт МТП (2-е издание – публикация № 644),
Руководство по составлению международных дистрибьюторских соглашений (публикация № 441 Е),
Форс-мажор и hard-ship clause, (1е изд.- публикация № 421Е и 2-е изд. публикация № 650),
Типовой контракт международной купли-продажи товаров (публикация № 556Е),
Типовой контракт случайного посредничества (публикация № 619),
Типовой контракт международной купли-продажи товаров. Публикация ICC № 738. М., 2013